Узкий коридор

В декабре эта газета (к тому времени она выходила раз в три недели) настоятельно рекомендовала своим читателям не выходить ночью без оружия, поскольку «участились случаи, когда преступники душат людей ради ограбления». 13 октября следующего года редактор газеты писал:

Пистолетов в городе почти столько же, сколько и людей. Отнять жизнь у ближнего своего считается совершенно пустяковым делом, не имеющим особой важности.

Для борьбы с преступностью – эндемичной проблемой американского Дикого Запада того времени – граждане Шайенна широко практиковали самосуд.

В январе 1868 года три человека были арестованы за кражу, но выпущены под залог. На следующее утро их нашли связанными вместе, к одежде одного из них была пришпилена записка: «Похитили 900 долларов… возместили 500 долларов… В следующий раз будут висеть на дереве. Берегитесь Комитета бдительных». На следующий день «Комитет бдительных» поймал и повесил трех «головорезов».

В сельских скотоводческих округах ситуация была еще хуже. По словам Эдварда Смита из Эванстона, выступавшего в 1879 году перед Комиссией по общественным землям США, за пределами населенных пунктов «единственный закон – это дробовик».

По мере увеличения поголовья скота конфликты между скотоводами и владельцами сельскохозяйственных участков случались все чаще, и это в конце концов привело к так называемой войне в округе Джонсон. 5 апреля 1892 года из Шайенна на север отправился специальный поезд из шести вагонов, в которых ехали 25 вооруженных наемников из Техаса и присоединившиеся к ним 24 местных жителя. С собой у них был «список семидесяти смертников», которых они собирались убить.

У нас нет сведений об уровне убийств в Шайенне в 1890-х годах, хотя данные по шахтерскому городку Бентон в Калифорнии показывают, что в принципе он мог достигать невероятного уровня – 240 убийств на 100 000 жителей! Однако более вероятно, что этот уровень приближался к 83:100 000 (как в Калифорнии времен золотой лихорадки) или к 100:100 000 для Додж-Сити, штат Канзас, времен легендарного шерифа Уайетта Эрпа.

Картина может показаться столь же ужасной, как и ситуация в Лагосе, на улицах которого Воле Шойинка пытался выжить со своим «глоком» наготове. Но в Вайоминге дело обернулось иным образом (на самом деле, в Лагосе всё тоже обернулось не совсем так, как предрекал Каплан, и мы еще поговорим об этом в главе 14). Анархию, страх и насилие удалось сдержать. Граждане Вайоминга уже не жили в страхе перед доминированием.