Васяткина Учильня

Ни у кого нету такого носяного протеза! Всяк удивится, кто на нос мой глянет… одно плохо: к земле носом тянет! Тяжёл нос для ношения без опаски… но это так: присказка до начала сказки. Без цели, без причин – просто зачин!

Ильюха на задней скамье нетерпеливо заёрзал: очень Ильюху раздражали подобные виды говорения, потому что возникал у Ильюхи единственный вопрос, чёткий и жёсткий: зачем такое количество слов, если в них нету ничего по существу?

Васятка про себя хмыкнул, легко прочитав на лице Ильюхи все его страдания, да и перешёл к самому рассказу, Илью, видимо, жалеючи: невтерпёж уже мальцу, надо уважить!

– Не в тридевятом государстве, не в тридесятом царстве, а у нас, считай, рядышком тут, где такие же, как мы, люди живут, где практически нашенская местность и территория, – случилась история.

Голос Васятки обволакивал слушателей, и начинали вдруг возникать чёткие картинки, где прямо сейчас оживало всё, рассказываемое Васяткой, самым на то странным и удивительным образом.

– А дело было так.

Сидел на пенёчке Иван-Дурак, и, в голове имея явные неполадки, мастрячил что-то вроде Рогатки. Только Дурак, хоть Дурак, да не прост! Рогатку мастрячит в человеческий рост. Изыскал в лесу дерево подходящее, двумя вершинами в небо глядящее. Топором тюк-тюк, пилою вжик-вжик, рукастый мужик, умелый мужик, трудится основательно, и напевает беспечно, хотя, по сути, Дурак, конечно:

«Ой, да будет у меня,

Ещё до исхода дня,

Хороша рогатина,

Круче, чем батина.

И станет стрелять,

Врагов поражать,

Точнее она,

Чем у старшего братана.

Недруги, трепещите!

Спасения не ищите!

Не видать вам, супостаты, пощады

От рогатки моей, проклятые гады!..»

Получилась рогатка у него велика. Но Ивашка, тесал да строгал пока, придумал колёсики для передвижения, чтобы выкатить рогатку на место расположения, откуда будет удобней, как раз, – рраз! – и попадать противнику точно в глаз. Колёсики приспособил, и тетиву особую сробил, потому как рогатка должна стрелять, а не без дела среди боя стоять.

Не знаю уж как, но наш Ваня-Дурак где-то надыбал жилы животные, для растягиванья пригодные, и, проявив терпение, хитрое умение, соорудил дальнобойное метательное приспособление. Кладёт каменюгу, берёт поправку на ветер к югу, растягивает жилу до отказу, и – лети, каменюга, во враждебну заразу! Каменюга летит, только свист стоит. Ежели птица на пути встречается, то птице сразу кирдык намечается.