Против течения. Интеллектуальная история свободной торговли

Так, Мартин Лютер полагал, что страна должна быть удовлетворена одной только внутренней торговлей, обосновывая это тем, что изобилие внутри страны отвлечет ресурсы от внешней торговли и этим поможет справиться с проблемой нехватки товаров на внутреннем рынке. Он также возражал против ввоза товаров, не являющихся необходимыми, а также предметов, могущих использоваться для показной роскоши: «Господь совершенно точно снабдил нас, как и другие страны, достаточными количествами шерсти, льна и всего остального, что требуется для приличествующей и достойной одежды людей любого звания.

Нам ни к чему тратить фантастические суммы на шелк, бархат, золотые украшения и иноземные изделия» [Luther (1520) 1966, 212–214]. Лютер даже советовал ограничить ввоз специй, поскольку торговля специями порождает слишком много гордыни и зависти. «Я что-то не вижу, чтобы в нашу страну посредством торговли проникло много добрых обычаев», – недовольно подытожил он вышеприведенное рассуждение.

И все же схоластическая традиция, заложенная св.

Фомой, привела к тому, что со временем торговля и занятия купцов стали восприниматься намного менее враждебно, чем это было ранее. В действительности вне зависимости от скептического отношения к торговле со стороны клира и схоластов страны в значительной мере уже были вовлечены в торговлю, что по необходимости ставило важные вопросы правового и политического свойства. И концепция естественных прав Фомы Аквинского, предполагающая использование разума человека для интерпретации замысла Господня относительно того, что является правильным и справедливым, позже сыграла важную роль в установлении новых оснований, по которым торговля должна считаться допустимым занятием. Теолог и специалист в области международного права, доминиканский монах Франциско де Витория применил эту концепцию к отношениям между странами, тем самым став одним из основателей новой дисциплины – международного права. Отстаивая суверенные права индейцев и защищая их самих от испанских завоевателей, де Витория также сделал вывод о том, что «испанцы имеют право путешествовать в земли индейцев», при условии что «они не причиняют вреда коренным жителям», и что индейцы на самом деле не имеют права препятствовать испанцам в этом. Он считал это положение следствием из права народов (jus gentium), которое либо само является правом по природе (естественным правом), либо выводится из него (см. [Vitoria (1557), 1917, 151–153).