Думай и богатей! Самый богатый человек в Вавилоне

Фортуна – хитрая штука. Требуются большая проницательность и мужество, чтобы не отступиться от своего тогда, когда удача так близка, что стоит лишь протянуть руку.

Наставление в упорстве стоимостью в 50 центов

Вскоре после того, как мистер Дерби получил «ученую степень» в «университете ударов судьбы», выучив урок, преподанный ему в дни «золотой лихорадки», с ним произошел случай, который убедил его в том, что нет не обязательно значит нет. Это случилось в один прекрасный день, когда он вместе с дядей на старенькой мельнице молол пшеницу.

Дядя управлял большой фермой, которую сдавал в аренду нескольким чернокожим фермерам. Дверь мельницы была открыта, и дочка одного из испольщиков вошла и встала возле двери. Дядя, увидевший ребенка, грубо крикнул ей: «Что тебе надо?» Девочка кротко ответила, что мать послала ее сюда, чтобы она взяла у дяди пятьдесят центов. «Я не дам тебе ничего, – ответил дядя. – Убирайся». Девочка ответила: «Хорошо, сэр», — и не сдвинулась с места. Дядя продолжил свою работу, не замечая ребенка; некоторое время спустя он поднял глаза и увидел, что девочка все еще стоит там. «Я же сказал тебе – убирайся! – гаркнул он. – Уходи, или я вышвырну тебя отсюда!» Девочка снова ответила: «Да, сэр», — и снова осталась стоять. Тогда дядя поставил мешок с зерном, которое он только что собирался засыпать в бункер, поднял бочарную доску и двинулся на девочку со страшным выражением лица. У Дерби перехватило дыхание. Зная дядин нрав, он понимал: если девочка не убежит прямо сейчас, ей не поздоровится. В те дни было неслыханной наглостью, чтобы дети, особенно из бедных семей, так вызывающе вели себя. Когда дядя вплотную приблизился к девочке, она быстро шагнула вперед, храбро посмотрела в дядины глаза и заверещала на самой высокой ноте: «МОЕЙ МАМЕ ОЧЕНЬ НУЖНЫ ЭТИ ПЯТЬДЕСЯТ ЦЕНТОВ!» Дядя остановился и где-то с минуту внимательно рассматривал ее. Затем он медленно положил доску на пол, нашарил в кармане полдоллара и отдал монету ребенку. Девочка с достоинством взяла деньги и не спеша отправилась восвояси, даже не взглянув на человека, которого она только что победила. После ее ухода дядя устало опустился на ящик у окна и долго смотрел в небо. Лицо его выражало страх и благоговение: это было самое странное поражение в его жизни.

Однако и самому Дерби было над чем поразмыслить. Ему никогда не приходилось видеть, как черный ребенок сознательно справился с белым взрослым.