Он был богом. Исток

На душе стали скрести кошки.

–  Здравствуйте, ребят, – сказал преподаватель.

–  Здрасьте, – пробормотал каждый про себя. Дети стали садиться по местам, а преподаватель, сел за стол и стал копошиться под ним, доставая очки виртуальной реальности.

–  Освободите парты и наденьте ваши очки, – сказал он.

–  Егор Юрьевич, – а можно выйти на две минуты, – попросился Себастьян

–  А что? – сказал грубым голосом учитель, когда достал свои очки и окончательно уселся на стул. Стул немного заскрипел.

Преподаватель имел пышные, темные волосы и выразительные карие глаза. Глаза были большими, а взгляд пронизывающим. Он их всегда немного прищуривал, из-за чего по бокам появились складочки. От этого взгляда всегда по телу проходили мурашки, становилось страшно и не по себе. Дальше желание продолжать разговор или что-то даже спросить по мелочи просто на просто исчезало, но не у Себастьяна. Он понимал, что преподаватель просто так поддерживает порядок в классе, и это выглядело убого.

–  Ну, мне бы в туалет сходить.

–  Иди.

Сразу после ответа Себастьян встал и медленным шагом пошел к выходу, а все стали надевать свои очки.

В офисе

Дима с Никитой стояли у окна и курили, ведя непринужденную беседу. Возле них также стояли еще несколько человек, две девушки лет 25-ти и мужчина лет 30-ти. По лицам было заметно, что они уставшие. В их руках крепко были зажаты кружки с кофе, и они еле моргали опухшими глазами, пытаясь изо всех сил еще выдавить улыбку.

Никита сел на подоконник и распахнул окно. Внутрь зашел свежий воздух. Он потихоньку затягивался сигаретой, терпкий дым которой оседал на небе, оставляя горьковатое послевкусие. Ему было не по себе. Он мимо ушей пропускал все истории Димы. И мертво потупив взгляд, смотрел вниз, на дорогу, где одна за одной неслись машины и пешеходы. Он все и дальше искал, как найти подход к сыну, которого так безмятежно любил, но все мысли в голове сводились к единой точке.

–  Никит? – закричал Дима

–  А, – отозвался Никита, оторопев.

 – Что

–  Ты вообще слушал, что я говорил?

–  Да, конечно, – сказал Никита и встряхнув головой.

…

Он стоял посреди кладбища, усеянного трупами, залитого кровью. Везде все пылало, небо было темным и тучным вперемешку с дымом, дул сильный ветер, разнося потоки пыли. Далеко не посмотришь. В воздухе стоял смрад мертвецов и испражнений, а с земли стали виднеться пальцы рук. Их были сотни, тысячи.