Маркетинг и искусство. Глубина упаковки бизнеса

Когда в школе, в 7 классе, нас начали водить в театры, тут моя любовь к перфомансу наконец-то нашла отклик, и я как завороженная сидела в театре и очень ждала, когда мы пойдем в театр в следующий раз. Я получала ровно такие же эмоции, как если бы я была сама на сцене или сидела в зале и смотрела на сцену. Ключевым был для меня сам перфоманс. Происходит что-то творческое, зрелищное, со смыслом, и оно отличается от обычной реальной жизни.

Красный и зеленый бархат, украшенный золотыми узорами, лепнина, огромная сверкающая хрустальная люстра, нарядные люди вокруг с легкой приятной суетой, которые усаживались на свои места и общались, в их глазах я видела такой же восторг от атмосферы, который был у меня.

А потом наступала звенящая тишина – первая секунда начала таинства, после которой на сцене появлялись актеры. В этот момент для меня не существовало больше ничего, в эту первую секунду у меня подкатывали слезы от переизбытка эмоций, от радости того, что будет дальше, что я здесь и сейчас все это увижу. На второй-третьей секунде я всегда успокаивалась и погружалась другой мир, где было творчество, перфоманс, музыка и актеры, показывающие другую жизнь, с другими смыслами.

Все спектакли из репертуара двух основных театров в своем городе, Иркутске, я пересмотрела несколько раз, я ходила на них и с классом, и с родителями, и с подругой. Самый любимый спектакль, на который я ходила больше 15 раз и на котором я всегда плакала, – рок-опера «Юнона и Авось». Я готова была смотреть его и слушать музыку этой рок-оперы бесконечно.

Потом, переехав в Москву, я смотрела эту постановку в разных театрах, включая Ленком с сильным талантливым составом актеров, но самые сильные впечатления от постановки «Юнона и Авось» остались из детства и студенчества.

Были еще две любимых постановки – драматическая пьеса «Поминальная молитва» и опера «Травиата».

Драматические пьесы на меня производили не менее сильное впечатление, как и красивые эффектные постановки оперы с большим количеством актеров, в красивых костюмах, громкой музыкой.

На драматических спектаклях, где было много тишины – тихая речь актеров, спокойные тона декораций – для меня наступал мир глубины и больших смыслов. Я настолько сильно переживала и сопереживала актерам, что мне хотелось помочь, успокоить, поучаствовать морально в жизни этих людей. Конечно, это были просто мысли, но тонкая душевная организация и реакция на такие глубокие смыслы остались в моей жизни навсегда.