Прими себя и свою жизнь без остатка!

Укутавшись, мы понимали, что ни чай, ни пледы не согревают, потому что ты весь мокрый изнутри. Прошел час, мы пошли на точку сбора, где планировалось встречать рассвет. Время уже 6:00, ты не хочешь ни рассвет, ни есть, ни… Ты просто стоишь, укутавшись в плед с ног до головы, и думаешь: «Господи, зачем я вообще здесь?!» И молишь его, чувствуя, что твои ноги словно стоят голыми на льду, чтобы не простудить почки и не умереть.

Ты стоишь, становится светлее, но солнца все нет и нет.

Ты думаешь: «Зачем я сюда полез? Зачем мне этот рассвет? Почему я не сплю в своем шикарном отеле? Зачем мне это? Я больше никогда в жизни сюда не полезу!» И в какой-то момент ловишь себя на мысли, что все это испытание вовсе не стоило того, чтобы его проходить.

Да, очень красиво вокруг, ты уже видишь, как высоко находишься, весь этот прекрасный пейзаж. Ты понимаешь, что именно это место, где ты сейчас стоишь, – то, где Моисей получил от Всевышнего заповеди. А ты стоишь и думаешь – вот бы после этого не умереть. И понимаешь, что после рассвета, чтобы оказаться в тепле, твоему уставшему, замерзшему и изможденному телу придется пройти еще три часа, только уже вниз. Я однажды застужала почки от меньшего холода, чем испытывала тогда, и от этого чуть не умерла. В прямом смысле слова. Причем дважды.

И вот ты стоишь и понимаешь, что тебя не спасти. Что то, что происходит с твоим телом сейчас, – смертельно для него. И это сейчас не фигура речи, а действительность, с которой тебе нужно что-то сделать. А ты еще и в другой стране.

Смотришь вдаль, осознаешь фатальность ситуации и понимаешь, что у тебя нет никакого спасения, кроме Бога. В тот момент я впервые прочувствовала, что означает слово «безмолвие». Когда вокруг тебя люди, которые тоже преодолели это испытание, укутанные в пледы, и всем так холодно, что нет сил даже говорить. Честно говоря, доставать из-под пледа телефон, чтобы сделать хотя бы один кадр, – тоже не было ни сил, ни желания, ни смысла. Особенно когда ты осознаешь, что будущего, где ты просматриваешь эти фото, может и не быть.

Где-то в эти же секунды промелькнула мысль о том, что можно вызвать вертолет, чтобы он снял меня оттуда. Только вот у нас не было ни связи, ни, собственно, никакого номера вертолета на быстром наборе.

А дальше самое… тяжелое. Когда ты поворачиваешься на любимого человека и понимаешь, что ты… не можешь ему об этом сказать, ведь сделать в этой ситуации ничего нельзя, и это причинит ему непоправимый вред и боль.