В глубоких снегах Вайтноурдинга. Часть 1. Легенды внутреннего мира

– Всё совпадает, – глаза Окорокова округлились от ужаса. – Неужели это был не сон? Тогда почему я здесь, почему меня отпустили? – А как выглядит князь тьмы?

– Не знаю. Я его никогда не видел. И не жажду увидеть. Отец Меросонди говорит, мол страшен он. Увидишь, говорит, так сразу со страху без чувств падёшь!

– Правду говорит этот ваш отец. – Мрачно буркнул Окороков. – А если тебя, к примеру, Чёрный Всадник к Белизару отвезёт, а потом обратно вернёт – это что значит? – Мальчик перестал пилить и уставился на своего старшего напарника.

– Такого не бывает, – почти шёпотом сказал он. – Кого Всадник к Белизару увозит, тот уже не возвращается.

– Ну, ты пили-пили, – показал на бревно Окороков, – а то оте Геболь рассердится.

Какое-то время оба молчали. Работа шла своим чередом. Лесоруб и его пасынок тоже взялись за пилу, и брёвна на санях стали прибывать быстрее. Волк суетился рядом. Но чувствуя свою бесполезность в работе, он жалобно скулил от досады.

– Так почему вас кличками называют? – Снова осмелился спросить Окороков.

– Потому что мы безыменные. Мы не знаем не отцов, не матерей. Нам никто не дал имени при рождении, – не без удивления отвечал подросток.

– А почему Геболь не мог вам дать имена?

– Чудные вопросы ты задаёшь, чужак, – усмехнулся парень. – Это же известно всем, кто живёт в Империи короля Лидониуса. Разве только ты…. – и парень замолчал на полуслове и, как-то по-особенному посмотрел на своего собеседника.

– Что я? Почему ты не договариваешь?

– Ты не из Внутреннего Мира! – Вскричал парень – Значит ты гость из Внешних земель?

– Наверное, – безразлично произнёс Александр, – Что? Что ты сказал? Откуда я? – От волнения его сердце заколотилось в бешеном ритме.

– Ты сам сказал, что ты из Внешнего Мира.

– А ты знаешь, как мне попасть обратно?

– Наверное, точно так же, как ты пришел сюда.

– Но я не знаю места, где я перешёл в ваш мир! Его нет. Его не стало.

– Архивариус Отенио рассказывал, что читал об этом в Королевской библиотеке. Только это было давно. Он тогда был молодой и учился в столице.

– А что конкретно он рассказывал? – Напряжение, которое чувствовал Окороков где-то внутри своего естества нарастало. Он не хотел верить всему, о чём говорил с этим молодым парнем. Но железные факты, убивали его неверие, и на арену выходило то, о чём он боялся даже подумать.