Диалектика мира

Язвы капитализма оказываются далеко не лучшими приобретениями исторического материализама, при всем уважении к его классическим создателям. Но при этом прослеживается яркое "раздувание" его величества капитала с якобы антагонистическими противоречиями между трудом и присвоением его результатов. Подобное видится в случае коррупции или войн. Почему-то международное сообщество разрешает экономике становиться во главе политике. А не регулирует это вплоть до наоборот, когда политика определяет все, в том числе экономику, экологию, нравственные устои цивилизации и ее ценностные доминанты.

Коренное отличие коррупции от войны можно представить в ходе прослеживания диалектической связи частного и общего. Если в случае коррупции экономический факториал преобладает над политической конъюнктурой и политикой в целом, то для войны оказывается фактом обратное: политический успех дискурса подавляет экономический нарратив. Так коррупция оказывается частным отвращением от мира, а война – общей ее коррекцией в сторону отрицания.

Причем подобное происходит в одинаковых условиях производства. Оказывается без существенной мировой разницы: капитализм это, социализм или еще какой-нибудь способ производства и социальной или социетальной организации.

Исходя из этого можно сделать важный вывод: вопрос, что лучше: коррупция или война вообще лишен смысла. Истина как процесс развития должного, вряд ли сможет далеко отойти от суждения о том. что весь крупный капитал был приобретен нечестным путем.

Однако понятие чести и праведности чужды и диаметрально противоположны по отношению к материальному интересу, на котором завязаны все отчуждения субъективного от процесса мира и мироздания в целом. Тем более, что этот капитал захвачен некими лицами, якобы, на вполне законных основания.

Однако это есть коррупционный капитал как олицетворение существования нечто такого, что не укладывается в понятия человеческой морали и чести. Поскольку сами законы определенного государства позволили "ухватить" жирный кусок от государственного (читай: народного) пирога.

Это ли не сращение криминала и властных структур? Тогда можно смело заводить разговор о так называемом "военном капитале", который по сути есть капитал государственный, о котором умалчивали классики исторического материализма. Необходимо говорить при этом о его диалектической связи с коррупционным капиталом.

В итоге получается, что связь между ними может осуществлять лишь нечто бездуховное.