Ирина Винер: Я – никто. Автобиография легендарного тренера

Люди с паранормальными способностями приходили часто.

Еще у нас жили цыплята. Лет в девять я их зачем-то завел. Лоджия с цыплятами была моя, еще одна лоджия – мамина. И был подвал, который вырыла бабушка. Это было популярно – вырыть тайный подвал. Как будто увеличивается площадь. Там стоял самогонный аппарат, и по ночам бабушка варила самогон. Не знаю, шел ли он на продажу, но все вокруг были довольны.

Маму Ирины Александровны, Зою Зиновьевну, я никогда не называл бабушкой. Она не производила впечатление бабушки, все время работала.

Главное, что было у нее в жизни, – это желание дать детям все лучшее. Она жила для детей. Я называл ее Зоя.

Когда в детском саду меня попросили нарисовать свою семью и я нарисовал человечков, оказалось, что один заметно отличается от других, держит в руках огромные сумки. Так я изобразил Зою. Она всегда что-то нам приносила.

Одно время была торговым агентом. Продавала то, что мама привозила из других городов, а в Ташкенте было большим дефицитом.

Каждую субботу и воскресенье после дежурства Зоя переодевалась в черное пальто, черный платок, черные очки и шла на рынок. За такую предпринимательскую деятельность можно было сесть в тюрьму по статье «спекуляция».

Как-то во втором или третьем классе, придя из школы, я спросил:

– Зоя, ты что, спекулянтка?

– Да, – ответила она мне. – Но знаешь, почему у меня все будет хорошо и меня никогда не поймают? Потому что я делаю это не для себя, а ради детей.

Она не волновалась из-за этого.

Амина Зарипова:

Тетя Зоя курила как проклятая. Разговаривала по телефону, смотрела новости, стряпала и курила, курила, курила. Пепел падал на ее халат, я думала, что когда-нибудь она себя подожжет. Не представляла ее без сигареты, а она вдруг бросила. Я была восхищена.

Она жила на два дома. И кормила нас, и лечила. Учила готовить, вести хозяйство, но мне было не до того.

11

Марина Николаева:

Мы очень хотели нравиться Винер – харизматичной, заряженной немыслимой энергией.

Соперничали за ее внимание. Личность Ирины Александровны была для нас больше, чем вся художественная гимнастика.

Музыку для наших программ Ирина Александровна выбирала мощную: «Чакону» Баха, «Танец с саблями» Хачатуряна, «Лунный свет» Дебюсси. Работали не только с классикой: были и эстрада, и фольклор. Ленту я делала под дойру, узбекский бубен, булавы – под попурри на мелодии Челентано.