Социально-психологические аспекты активности

Подобная нечеткая синонимия, при которой активность и деятельность понимались как равнозначные, но при этом несовпадающие в чем-то неуловимом аспекты некой сущности («две стороны одной медали»), не могла устроить достаточно многочисленную часть исследователей. Некоторые из них в своем стремлении четко и однозначно развести «деятельность» и «активность» доводили субъект-объектный дифференцирующий признак до логического завершения, уже не «акцентируя внимание», а просто отдавая активности внутренний психический план реализации человеческих интенций и оставляя за деятельностью внешнюю операциональную сторону: «Будем понимать активность, как внутреннюю деятельность, произвольно детерминирующую, регулирующую деятельность внешнюю, происходящую не рефлекторно, не реактивно на стимуляцию внешней среды» [32, с.

87].

В конечном счете, не будучи способным заменить собой «деятельность», понятие «активность», смещаясь в сторону от исходного английского значения, стало либо использоваться в сугубо информационном, т.

 е. содержательном, описывающем различные виды деятельности, плане, либо характеризовать энергетический аспект понятия. Так, например, Л. Я Дорфман, демонстрируя в рамках содержательного подхода наиболее радикальную точку зрения на данный вопрос, рассматривал в качестве базовых форм активности – как основного способа существования интегральной индивидуальности, ее взаимодействия с миром – экодеятельность и экоповедение, самодеятельность и ментальное поведение, которые в смысловом отношении полностью репрезентируют единую жизнедеятельность человека [38, с.  196–323].

Близка к такому подходу и точка зрения Г. В. Суходольского, полагавшего, что активность – это жизнедеятельность или жизнь в целом, а деятельность – это целесообразная жизнедеятельность [145, с. 15].

Аналогичным образом представляет себе активность и В. А. Татенко: «Категории активности и деятельности могут соотноситься по критерию "абстрактное – конкретное". В этом смысле активность представляется более абстрактной и более широкой категорией, включающей в себя все возможные проявления живого и, таким образом, "снимающей" в себе категорию деятельности, как одну из своих форм» [146, с.

223].

Собственно говоря, подобный подход к пониманию активности восходит к философской трактовке активности как всеобщего свойства живой природы и – шире – как свойства движущейся материи в целом быть причиной или действием, обусловливающего появление жизни (см. напр., [19]).