Незваные…

Встать бы проверить дверь балкона – не открыта ли. Марина попыталась приоткрыть глаза, но не могла, так хотелось спать. Она свернулась калачиком, но согреться не удавалось. «Может, я заболела? На земле полежали с Серёжкой, вот и пожалуйста. Не дай Бог, опять пневмония!». Марина нащупала рукой особенно досаждающую выпуклость дивана, упирающуюся прямо в ребро…

Она в ужасе вскочила. Под ней не было никакого дивана. Она лежала то ли на камнях, то ли на бугристой ледяной земле. Вокруг – непроглядная темень, или глаза ослепли?

– Серёжа!!! – завопила она, – Серёжа, спаси меня, миленький! Господи, где ж это я?

Громким эхом повторился её крик со всех сторон.

Марину заколотило от холода и панического страха. Она, будучи во сне, куда-то провалилась. Перстень-то был развернут! В готовности найти Нодара она приложила, кажется, ладонь к груди… Точно вспомнить не удавалось. Ну а что ещё может быть?

Босиком, в одних трусиках-стрингах, в кромешной тьме и холоде девушка попыталась найти хоть какую-то опору.

Боясь споткнуться на неровной поверхности, делая короткие робкие шаги, Марина шарила в чёрном пространстве руками и часто дышала. Ноги наткнулись на что-то большое, ладони нащупали почти круглый колючий валун, покрытый словно иголочками. Это был лёд.

Зубы не попадали друг на друга… Тело сотрясали конвульсии.

«Боже, какая я дура! Клоп! Клоп же на что?!»

Марина прижала его спинкой к груди и представила квартиру со спящим в ней любимым.

16

– Надо нормальную кровать купить.

Купим, котик мой?

– Купим, размером во всю комнату. Всё равно только спать сюда будем приходить, я чувствую. Слушай, Марусь, нам же завтра съезжать придётся на пару недель, ремонт ведь начнётся.

– Точно, а я уже забыла совсем. И куда съедем?

– В гостиницу. Тут и думать нечего. А что, другие варианты?.. Киска, аллё… Спишь?

Марина не отвечала. По глубокому дыханию было понятно, что спит. В балконное окно – ни штор, ни занавесок – проникал мягкий свет от иллюминации города.

Серж повернулся и теперь смотрел на девушку своей мечты. Голое тело лежало на спине, плоский животик еле подрагивал вслед за мерно вздымающейся грудью. Линии ног, широких упругих бёдер, вздёрнутых розовых сосков, шеи… Разметавшиеся по простыне волосы… Левая рука чуть свисала с неразложенного и потому узкого дивана. Полеха встал тихонько и поправил руку, уложив её вдоль тела. Марина дрогнула, но не проснулась. Левая рука лежала на груди, чуть согнутая в ладони.