Калека – убийца богов

А я? да что я? Так же как и мать лил слезы понапрасну. Хотя мои скорее были слезы счастья.

Так и прошло какое-то время в молчании. Я понимал, что маме нужно сначала выпустить все это из себя, а затем уже о чем-то говорить, так что дал ей на это время. Сам же просто наслаждаясь ее присутствием.

– Слушай мам, тебе, что врачи наговорили то? – начал подводить я тему, чтобы наконец-то перейти на позитивную ноту.

Мать поднялась с меня, протирая руками щеки и глаза, вновь посмотрела на меня, и попыталась улыбнуться, но давалось ей это тяжело, в отличие от меня.

– Не переживай Маким, я отработаю, поставим тебя на ноги. – и в подтверждение своих слова, кивнула сама себе с чем то соглашаясь.

– Да ничего не надо зарабатывать мам. Сам встану, поверь, дай только пару дней.

– Не надо Максим, я и так все знаю. Мне вчера Иван Сергеевич все рассказал.

– А давай поспорим? – как на автомате сказал я эту чепуху, сам не понимая почему – Неделя и я на ногах.

– Максимушка, тебе уже инвалидность дали – она наклонила голову набок и покачала ей – чакры никак не восстановить, а вот позвоночник можно.

Спасибо, конечно, что пытаешь приободрить, но я все на самотек пускать не буду. Взяла уже пару лишних смен, так что просто подожди и скоро снова сможешь ходить. Через час должен прийти Вениамин Петрович, это муж начальницы нашей, он как раз одаренный четвертого ранга и лекарь.

«А вот этого я не ожидал. Думал, неделю точно лежать буду. Но вот опять эти чакры блин. В калеки меня записали уже.

Ну что за засада?»

– Хорошо мам – понурив голову, тихо произнес я.

Это было единственное, что я сейчас мог сказать. Уже стало ясно, что мама не отступиться и слушать мою браваду не станет, пусть на самом деле это была не она.

Поцеловав меня в лоб, она встала с кровати и произнесла – Пойду еду готовить, а то знаю я Лиску. Забыла ведь покормить?

Я молча кивнул и проводил маму взглядом из комнаты. Не хотелось подставлять Лиску, но и врать тоже бесполезно. Ругать нашу проказницу она точно не станет, а вот от еды бы я сейчас не отказался.

Не думаю, что меня в больнице вообще кормили, да и в сознании я там пробыл совсем ничего.

Не прошло и пяти минут, как с кухни уже доносился ароматный запах домашней еды, по которому я скучал не меньше чем по своим родным. Готова она еще не была, но вот аромат уже начинал манить. Ничего нет лучше в мире, чем мамина готовка. Так и встал бы, да на кухню пошел, но вот загвоздка одна есть.