Больше времени на секс, меньше времени на текст. Как за полчаса написать любой текст для социальных сетей

Эта мораль может быть высказана устами одного из героев, может быть завуалирована или вообще отсутствовать, что совершенно не значит, что в тексте отсутствует идея.

Пример такого вывода видим в тексте Ольги Красновой:

«Когда мне было 14 лет, моим кумиром была косметолог в парикмахерской. Она протыкала мне уши и сообщила, что нос надо чистить, он весь в черных точках. А так как нос был и так причиной всех моих страданий, то любое его упоминание наносило мне новую травму.

Я сдавленно уточнила, что это значит, чистить нос, и она описала процедуру.

Самое важное, что я услышала, что после чистки нос кажется меньше. В ее кабинете вкусно пахло вареной ромашкой, бродили полуодетые прекрасные женщины в тюрбанах из белоснежных полотенец, и я попросила меня записать на чистку носа.

Мама, по-моему, денег не дала на эту ерунду, но я, кажется, их как-то сама заработала, не помню точно. Нос, конечно, меньше не стал, а где-то даже и наоборот, но это неважно. Я оказалась равной среди великолепных, образованных, элегантнейших женщин города.

Они тоже чистили носы.

Я ходила к Валентине Ивановне как в элитный клуб, совершенно позабыв о носе. Я тоже сидела в тюрбане и обматывала тело простынкой. От меня пахло ромашкой и аптечными составами. Я слушала их разговоры, впитывая интонации, зазубривая обороты речи, которые у нас на районе никто не произносил.

Это там меня научили уважению к себе и женственности. Мне врезалось в память, как одна преподавательница из университета сказала: «Я лучше не куплю колбасы, а к тебе, Валюша, приду обязательно».

Моя бы мама под расстрелом такое не придумала. Это была моя первая школа гедонизма.

Благодаря этим женщинам в масках из бадяги я поступила в универ, и не абы куда, а на журналистику, и пошла работать на телевидение и радио, а не на завод, как хотела мама. Это они мне показали, что есть совсем другая жизнь. И хоть я внутренне не считала себя достойной всех этих прекрасных вещей, я шла и делала их. Потому что я назначила себя членом клуба женщин, уважающих себя.

Через много лет одна сотрудница компании, где я служила эйчаром, божественной красоты и богатейшего ума девушка, увольняясь, написала мне: «Когда я смотрю на вас, понимаю – вот! Вот какой женщиной я хочу стать!» Это было удивительно и, что уж там, приятно. Хотя я и сейчас порой чувствую себя девочкой с нечищеным носом, мне нравится, что другие люди учатся у меня уважению к себе.

Я прошла в этом большой путь, правда.