Дерево, или По ту сторону Зла и Добра

Часто начинал заниматься спортом, поднимал утюги и прочие тяжести, но через месяц это начинало надоедать. Он шел к домашнему зеркалу, силясь разглядеть рост мускулатуры. Это было захватывающее зрелище – Миша Голубой в обнаженном виде. Кра-са-вец! Вот только рост остался небольшой, да лицо – невзрачное: глазки маленькие, нос отвислый, подбородок – как у суслика. Эх, если бы операцию какую сделать, чтобы внешность поправить!

На учебу времени, естественно, не хватало. Некогда было читать книги, ходить в кино и предаваться романтическим приключениям.

Он поступил в новозаборский филиал глуповского юридического института – хотел сделаться следователем и пересажать в тюрьму своих обидчиков. Да и форма нравилась военная. Может, генералом станет? Но учился плохо, и поэтому не дали закончить – выгнали. Забрали в армию во внутренние войска, там поставили свинарем в подсобное хозяйство. В армейском свинарнике продолжал тренироваться, отрабатывая удары на хрюшках.

«На гражданке» пришлось устраиваться в милицию. Дослужился до прапорщика. Голубой ходил на дежурства, участвовал в рейдах, гонял нищих, шмонал алкашей, но в душе тянулся к прекрасному, а местные проститутки были, как назло, отвратной наружности. Не Клавдии Шифер, черт побери! Нравились гимнастки. Художественные. Была одна школьная звезда по имени Галина Бабаева. Но – отвергала.

И еще: женщин он боялся.

Начал принимать анаболические стероиды, но счастья все не было.

Приглашение пойти на поджог воспринял без радости:

– А если поймают?

– Ты же мент, чего тебе бояться? – резонно возразил Золотарь.

– Я ж не в форме пойду?

– Именно что – в форме! Если меня застукает кто, скажешь: все видел, и поджигал не я. Поджигатель удрал. А мы его пытались задержать.

– Не поверят.

– Плевать! Зато не докажут. Да ты что, боишься?

– Просто неохота. Вдруг поймают.

– Не писай в компот! Кто нас в два часа ночи поймает?

После долгих уговоров Голубой согласился. Не из-за обещанного магара – нет! Ради справедливости, как он сам себе сказал, глядя на киоск. Мерзкое строение. Некрасивое. Не киоск, а мусорная гора. Вонь. Вообще, если разобраться, вся наша жизнь – большая мусорная куча, на которой хозяйничают вороны. Здесь хорошо живется только трупоедам и паразитам. Воронью и мухам. Вороны всегда сыты, а соловьи – голодны.