Изменение маршрута. Остросюжетный роман

– Синяк будет хороший! – пообещал напоследок врач.

Евгений Павлович вышел из кабинета. Ему навстречу бросились девчонки.

– Больно было? Бедненький! – посочувствовала Наташка.

Компания вышла из травмпункта. Между задержанными и патрульными прежнего антагонизма уже не было.

– Бросайте вы свое недостойное ремесло, – посоветовал им напоследок Евгений Павлович, припомнив свой небольшой педагогический опыт работы в ПТУ. – А то скатитесь в пропасть!

– Вы чего, правда, решили, что мы такие? – засмеялась Наташка.

 – Это мы так, чтоб вас разжалобить. Мы на самом деле не такие.

– Такие не такие. О родителях своих хоть подумайте, – закончил Евгений Павлович. – Можете идти на все четыре стороны!

– Уже и неохота расставаться! – засмеялась довольно Наташка. – Привыкли к вам, козлам!

– Ладно! Ступайте подобру-поздорову! – смягчился и Илья.

– Если что надо, забегайте! Вы вроде мужики неплохие. Мы в столовке практику проходим, – сказала на прощание Люська.

Не торопясь, изображая важных дам, они пошли прочь.

– С них как с гуся вода… – покачал головой Евгений Павлович, забираясь в машину. – Но для страны они еще до конца не потеряны. – И помолчав, добавил неуверенно: – Будем надеяться…

В гостях

– Зачем? – удивилась Ленуся. – У нас прекрасная вилла в Швейцарии.

– Он что, старший генерал КГБ? – поинтересовался Евгений Павлович.

– Неужели только старшие кагэбэшные генералы имеют домики на Западе? А младшие не имеют? Какая наивность! – И, спохватившись, весело засмеялась: – Один хитрец спрашивает, а другая доверчивая душа все объясняет.

– Умные женщины неспособны на безрассудный поступок, – глубокомысленно заметил Евгений Павлович.

– Ну отчего же! Например, я могла бы посвятить свою жизнь какому-нибудь гениальному мужику. И обитать с ним, скажем, – она обвела вокруг рукой, – в таком сарае. Во имя высокой цели, конечно!

– Вы уже связали свою жизнь с одним гениальным мужиком во имя великой цели, – усмехнулся он, решив отомстить за «сарай».

– Да, безусловно, Аркадий талантливый человек.

Мне было семнадцать, когда меня выдали за него. Что я тогда понимала? Девчонка, глупышка… Этого я ему не смогу простить никогда! – горько произнесла Ленуся.

– Да будет вам! – махнул рукой Евгений Павлович.

– Нет, вы, положительно, дурно воспитаны, – вздохнув, проговорила Ленуся. – Только не подумайте, что меня прислал Аркадий. Мне вас почему-то жаль. Понимаете вы или нет? Искренне жаль! Он вас может прихлопнуть в два счета.