Чёрное солнце

– Это я понял потом, когда анализировал свой попадос.

– Эта коварная особа. Не поверишь, родная я тогда, правда, думал, что это ты. А тогда как морок, какой – то нашёл. Ты мне веришь? Правда веришь? Ну, тогда пойдём в спаленку….

Что – то я отвлёкся.

Наталья вернула мне шлем предварительно что – то потыкав пальцами на мониторе.

– Теперь посмотри. Должно прийти все, что я тебе отправляла.

Действительно координаты запасных позиций и пути отхода чётко прописались на карте монитора.

Пройдя по пыльному чердаку, мы подошли к люку, ведущему с чердака в подъезд дома.

Грохотом десятка перфораторов работающих на разных этажах встретила нас пустота открытого люка. Грохот строительных перфораторов, ударяющих по два три удара в крепкую бетону стену. Пока мы спускались по чердачной лестнице, пару раз, тряхануло, так, что ощущение присутствия на строительной площадке сразу пропало. И пришло чёткое понимание того, что ты попал на поле боя. Причём не того боя который в чистом поле.

– И далеко не в чистом.

Думал я пробираясь вместе с Натальей к окну разбитой и похоже разграбленной квартиры. Пыль вперемежку с дымом вызвали першение в горле. Я прокашлялся и надев респиратор огляделся по сторонам. Валяющиеся на прожженном, тлеющем паласе, ящики шкафа и сброшенные на пол книги с полок. Пустые плечики, для одежды, болтающиеся в шкафу с раскрытыми шторками. И одежда, из этого шкафа валяющаяся в беспорядке на грязном полу. Возможно, конечно, и даже наверняка, что хозяева покидали квартиру в спешке.

Но что-то подсказывало мне, в квартире, что-то искали. И возможно нашли. Тем временем Наталья перешагнув через поломанный стул подошла к окну:

– Вот твой сектор. Валишь любого, кто в нём появится. Там в углу ещё три мухи и один шмель. Сейчас скажу Анзору, он тебе ещё пару жевелинов притащит и цинк с патронами. У тебя же 7,62.

Наталья показала рукой на мой любимый автомат.

– Конечно. Ты же знаешь.

Странно, раньше она редко видела меня с оружием. Но когда это случалось, всегда подкалывала меня, за надпись «Оксана», на ручке моего автомата.

А сейчас ни чего. Просто развернулась и ушла.

Автомат АКМС достался мне, от одного воина, на одном поле боя. По итогам боя он стал ему уже ни к чему. А мне понравился. На деревянной ручке изделия изготовленного ещё в СССР, предыдущий хозяин, а может и его предшественник – до него, владевший этим замечательным оружием. Выцарапал чем то острым на пистолетной ручке, имя Оксана и, залил его лаком.