Кинжал мюрида

Мы с Аташкой катались по земле, а вокруг нас орала разгорячённая толпа. Выстрел из пушки отвлёк внимание зрителей и, бросив нас, болельщики побежали за холм. Я отпустил ногу подвывающего, но всё же, пытающегося достать меня Аташки. Откатившись в сторону он, что – то гортанно спросил, у Каримулы, который не убежал вместе со всеми.

– Он спрашивает, где твой крестик? – Перевёл мне Каримула.

– Я комсомолец. – Не подумав, ляпнул я.

– Я не знаю, как переводить. – Он непонимающе посмотрел на меня.

– Переведи, что когда на волнах катался, потерял.

 – Сказал я.

Каримула начал переводить. Он, что то долго говорил, прыгающему на одной ноге Аташке. От себя, похоже, тоже что – то добавил. Потому, что злость на лице моего противника, сменилась на любопытство. Корчась от боли, он слушал моего кунака и с интересом поглядывал на меня.

– Скажи ему пусть стопу на девяносто градусов, зафиксирует тугой повязкой. – Сказал я, глядя намучившегося от боли в ноге, Аташку.– Пару тройку дней поболит, потом легче станет.

Скажи, если не зафиксирует, долго болеть будет.

– Девяносто градусов это как? – Снова не понял, как перевести Каримула.

– Вот так. – Я нарисовал ногой на песке прямой угол.

– Теперь понял. – Каримула опять начал, что-то говорить, внимательно слушавшему его Аташке, а я пошёл посмотреть, что твориться за холмом. Метрах в восьмистах, от будки городового и полосатого шлагбаума, появилось, облако густой пыли, которое медленно приближалось, к шлагбауму.

Неожиданно прозвучали три выстрела, подряд, сделанные из полковых мортир. Они подняли, три куста разрывов, в зарослях кизила, растущих, в паре сотнях метрах, от дороги. Каримула, с хромающим на ногу Аташкой, тоже вскарабкались на вершину холма. Мой недавний противник, похромал мимо, к расположившейся недалеко компании Таркинских парней. Метрах в двадцати от нас, на склоне было сделано, что – то вроде окопов, а над ними, удобные, длинные лавочки, как для просмотра фильма, в летнем кинотеатре. И вот на этих лавочках расположились Петровские и Таркинские зеваки. А посмотреть было на что. При отсутствии телевидения, такое зрелище, пропускать не полагалось.

Из облака пыли, сначала, появился наездник на вороном коне. За ним, по одной, начали выползать, полтора десятка, повозок. Рядом с повозками, ехало человек тридцать, конных. Замыкали обоз, пара одногорбых верблюдов, с перекинутыми через горбы полосатыми тюками.