Стив Джобс. Человек-легенда

Макколлум поинтересовался, где Джобс раздобыл деталь, и тот признался, не без гордости, что прямо от Burroughs. Макколлум разозлился и воскликнул: «Мои ученики не должны так себя вести!». Джобс невозмутимо ответил: «Звонить им за свой счет было слишком дорого. А у корпорации денег куры не клюют».

Стив проучился у Макколлума всего год, хотя курс был рассчитан на три года. Слишком уж учитель и ученик не подходили друг другу по характеру. Джобсу куда интереснее было экспериментировать с лазерами, о которых он узнал от отца.

Уже тогда Стив с друзьями устраивали на вечеринках музыкальные световые шоу: лазерные лучи отражались от зеркал на колонках стереосистемы.

Джобс подружился со своим одноклассником Биллом Фернандесом, тоже фанатом электроники. Он-то и познакомил Стива с увлекавшимся компьютерами выпускником, настоящей «легендой» школы – Стивеном Возняком (Возом), который был на пять лет старше Стива и с электроникой был на «ты». По другой версии, знакомство произошло потому, что младший брат Стива Возняка входил в одну с Джобсом команду по плаванию.

Отец Воза Фрэнсис Возняк, которого все звали Джерри, с блеском окончил инженерный факультет Калифорнийского технологического института и мечтал об инженерной карьере, будучи равнодушен к бизнесу и даже немного свысока смотря на бизнесменов. В компании Lockheed он разрабатывал системы наведения ракет. Воз вспоминал: «Отец говорил, что карьера инженера – лучшее, чего можно только желать. Потому что именно инженеры выводят развитие общества на новый уровень».

С детства Воз играл электронными деталями и зачарованно смотрел, как отец колдует над схемами. Фрэнсис постепенно просвещал сына насчет электроники. Воз свидетельствовал: «Рассказ о резисторах папа начал с атомов и электронов. Когда я был во втором классе, он объяснил, что делают резисторы, безо всяких уравнений – просто нарисовал на доске». А еще Стив Возняк утверждал: «Папа считал, что нужно всегда говорить правду. Чего бы это ни стоило. Это самое главное, чему он меня научил.

Я по сей день никогда не вру (розыгрыши не в счет)».

Джобс же этого принципа никогда не придерживался. Но и Воз, конечно же, не был в этом отношении таким уж строгим ригористом, каким хотел себя представить. Но вот что вполне соответствовало действительности, так это то, что Воз унаследовал отвращение к чрезмерному честолюбию, столь свойственному Джобсу. Но, несмотря на несходство многих черт характера, они крепко сдружились.