Протестантская этика и дух капитализма

Совершенно очевидно, какие последствия проистекали из этого для религиозной настроенности всех людей. Общение кальвиниста с его Богом происходило в атмосфере полного духовного одиночества, несмотря на то что принадлежность к истинной церкви[146 - Именно эта комбинация чрезвычайно важна для понимания психологической основы кальвинистской социальной организации. Она полностью объясняется индивидуалистическими мотивами, рациональными с точки зрения «цели» или «ценности». Отношение индивида никогда не бывает в этом случае эмоционально окрашенным.

«Слава Божья» и собственное спасение всегда остаются над «порогом сознания». Это обстоятельство еще в наши дни лежит в основе ряда характерных черт рациональной организации народов с пуританским прошлым.] рассматривалась как необходимое условие спасения. Каждый, кто хочет ощутить специфическое воздействие[147 - Антиавторитарная окраска учения, которое, по существу, считало бессмысленным любое вмешательство церкви и государства в вопросы этики и спасения души, вела к его многократному запрещению, в частности, нидерландскими Генеральными Штатами. Результатом всегда было образование сект (например, после 1614 г.).] этой своеобразной атмосферы, может обратиться к книге Беньяна Pilgrim’s progress[148 - «Путешествие пилигрима» (англ.).], [149 - О Джоне Беньяне см.: Froude J. А. Вunуаn. London, 1880 (в собрании: Моrley. English men of letters); см. также очерк Т. Б. Маколея (довольно поверхностный); Macaulay Т. В. John Bunyan. – In: Critical and miscellaneous essays. Philadelphia, 1841, vol. 1, p. 227. Беньян индифферентен по отношению к различиям между отдельными деноминациями внутри кальвинизма, хотя сам он является строгим баптистом кальвинистского толка.], получившей едва ли не самое широкое распространение из всех произведений пуританской литературы. В ней описывается, как некий «христианин», осознав, что он находится в «городе, осужденном на гибель», услышал голос, призывающий его немедля совершить паломничество в град небесный. Жена и дети цеплялись за него, но он мчался, зажав уши, не разбирая дороги и восклицая: Life, eternal life![150 - «Жизнь! Вечная жизнь!» (англ.)] Едва ли самый углубленный и тонкий анализ мог бы более отчетливо передать настроение пуританина, занятого, по существу, только собой и помышляющего только о своем спасении, чем те наивные чувства, которые высказывает, находясь в тюрьме, бродячий лудильщик[151 - У Беньяна. – Прим. перев.