Протестантская этика и дух капитализма

376): «Помимо этих семи главных свойств истинной церкви имеются еще внешние признаки, по которым узнается подлинная святая христианская церковь… Если мы не распутники, не пьяницы, не горделивы, не надменны и не склонны к роскоши, а целомудренны, скромны и трезвы». Перечисленные признаки, по мнению Лютера, менее достоверны, чем «те первые» (чистота учения, молитва и т. д.), «так как они известны и некоторым язычникам, каковые подчас кажутся нам более святыми, чем христиане». Личные взгляды Кальвина, как будет ясно из дальнейшего, мало отличались в этом вопросе от точки зрения Лютера; иначе трактовался этот вопрос пуританами.

Очевидно, что, по учению Лютера, христианин служит Богу лишь «iп vосаtione» (в своем призвании), а не «per vocationem» (посредством своего призвания) (см.: Eger К. Op. cit., S. 117 ff.). У немецких мистиков встречается ряд положений, близких именно идее утверждения в своей избранности (правда, скорее в пиетистском, чем в кальвинистском ее понимании). См., например: Seeberg R. Op. cit. , S. 195, а также вышеприведенную выдержку из Таулера; впрочем, высказывания мистиков по этому вопросу имеют чисто психологическую окраску.]. А убеждение в том, что чистота вероучения – единственный непогрешимый критерий истинности церкви, убеждение, в котором он после бурных событий 20-х годов XVI в. все более утверждался, само по себе препятствовало появлению каких-либо новых этических воззрений.

Таким образом, понятие профессионального призвания сохранило у Лютера свой традиционалистский характер[100 - Окончательная формулировка его точки зрения выражена, по-видимому, в ряде толкований Книги Бытия (Op.

lat. exeget. Vol. 4, p. 109: Neque haec fuit levis tentatio, intentum esse suae vocationi et e aliis non esse curiosum… Paucissimi sunt, qui sua sorte vivant contenti…; p. 111: Nostrum autem est, ut vocanti Deo pareamus; p. 112: Regula igitur haec servanda est ut unusquisque maneat in sua uocatione at suo dono contentus vivat, de aliis autem non sit curiosus; (T. 4, c. 109: «Нелегким испытанием было следовать своему призванию и не обращать внимание на иное… Очень мало таких, кто доволен своей участью…»; с. 111: «Однако наше дело – повиноваться слову Божиему…»; с. 112: «Итак, надо соблюдать правило: пусть каждый остается в своем призвании и живет, довольствуясь тем, что ему дано, не интересуясь остальным».) По существу это вполне соответствует формулировке традиционализма v Фомы Аквинского (см.: Thomas v. Aguin. Summa th., V, 2 gen.