Болгарская неожиданность. Книга 5

– Н-да, невесело им тут живется…

– Ладно, постой пока тут, а я вон в лесок сбегаю, слегка облегчусь.

– Беги, я подожду.

Лес был какой-то смешанный. Стояли и дубы, и ясени, и липа. Привычных березы с осиной видно не было. Один дуб уж очень был величав, верхушка уходила в небо.

Только я сделал свое быстрое дело, как вдруг из-за кустов на бреющем полете вывернулась здоровенная птица, зажимавшая в лапах тушку зайца-русака. Размах крыльев был не меньше двух метров. Громадина плавно спланировала на нижнюю голую ветку дуба-великана.

Что ж это за болгарский орел лесной? Зайца заботливо пристроили на ветвь, птица пристроилась поудобнее, и на меня уставились большие круглые ярко-оранжевые глазищи с бровями из перышков над ними. На голове торчали вверх и немного вбок своеобразными ушками более длинные перья. Летун имел серовато-охристый цвет на голове и плечах, и там же был расчерчен продольными черными пестринами, переходящими на более светлую грудь каплями, а потом спускающимися на бело-серое брюхо тонкой поперечной рябью.

Ба! Да это же филин! Чего это его днем-то на охоту вынесло? Ночью зайца трудно изловить? Впрочем, сегодня пасмурно, солнцем мудрую птицу не ослепит. Почему-то во всех народных сказаниях подчеркивалась мудрость именно филина, а не совы или сыча какого-нибудь.

Филин вдруг взялся перетаптываться оперенными лапами на ветке, топорщить крылья. Не нравлюсь я ему что ли? Боится тушку зайца украду? Вдруг птица вытянула ноги, хотя так-то с метр в высоту была, выгнула вперед туловище и низким голосом двусложно заухала.

Потом прохохотала раз пять, заплакала, чего-то коротко прогудела, и с минуту оглашала окрестности различными заунывными криками. Самку, что ли кличет? Да вроде не сезон…

Птичий язык я сроду не понимал, это вам не собаки и не лошади, но из озорства крикнул:

– Не понял! Повтори! – надеюсь за наглость он глаз мне не выклюет?

Самое странное, это то, что филин меня будто понял.

Опять поперетаптывался, снова вытянулся и повторил свою кантату один в один.

Музыкальная память у меня всегда была великолепная и при просмотре в телевизоре передачи «Угадай мелодию», я всегда определял песню раньше участников. Включая даже ее исполнителей. Вот и сейчас я был уверен в абсолютно точном повторе.

Смутные подозрения закрались мне в душу.