Неприятнейшая неожиданность

Постараюсь уцелеть, у меня жена молодая, любимая.

– Так может останешься? Церковь тебе место своем сердце всегда найдет.

– Не могу! – надо будет отправляться.

– Ты истинно верующий… Веришь, что удастся вернуться?

– Как Бог даст! Не мне, верующему в величие Господа, это решать.

– И как ты думаешь добыть денег своим пением? По улицам будешь бродить?

– Мне нужна будет твоя помощь.

– Говори.

– Ты можешь подойти на Вечевую площадь с отроком ангельского вида в такой же, как у тебя рясе?

– Конечно.

– А когда ближайшее вече?

– Через три дня.

– Князь будет?

– В этот раз – да.

– Мысль такая: мы с тобой встаем рядом, и я пою песню. Потом ты рассказываешь о строительстве новой каменной церкви и просишь пожертвовать деньги на ее постройку. Юноша с кружкой или ящиком обходит народ, собирает пожертвования. На прощание пою что-нибудь ваше, богоугодное, и расходимся. А деньги, после вашего тщательного церковного учета, нужные для постройки, ты мне под роспись выдашь.

Я человек верный, надежный: свой дом большой с изрядным хозяйством, две пилорамы на реке Вечерке, две лавки досками на разных рынках торгуют, крытые повозки начал делать и сбывать боярам здесь, на Софийской стороне. Мне с народными пожертвованиями убегать никакого резона нет. Строительство церкви хочу затеять, чтобы ватагу хлопцев-скоморохов приличным делом занять – кирпич пусть обжигают и стены возводят, чем в свои бесовские дудки дудеть, да бубнами бренчать.

– Хорошо придумал! А что наше будешь петь?

– А что скажешь.

Николай надолго задумался.

– После твоей песни петь псалмы…

– Давай спою просто «Отче наш» на свою мелодию.

– Можно попробовать, – авторитетно заявил протоиерей.

Я исполнил святую молитву, взяв мотив у песни сталинской поры об авиации.

– Приемлемо, – одобрил Николай – похуже, но тоже хорошо. Какой ты певец! А то прихожанки говорят, сейчас на купеческие посиделки нанимают одного.

Поет очень мало, одну-две песни, а непристойных историй рассказывает тьму. Откуда только взялся, этот подлец? Не знаешь его?

Себя я знаю лучше всех в мире. Ну не будешь же со священнослужителем делиться подробностями своей гадкой автобиографии, делая упор на том, что с этой гнусной личностью познакомлюсь только через тысячу лет.

– Не видал такого.