Синтез

Перед Максимом стояла та самая цыганка, которую он видел перед банкетом и встретил после него. Он снова глядел в её глаза как кролик, не смея пошевелиться.

– Проснулся? Как голова? – как ни в чем не бывало начала старушка.

– Я, да… ничего, вроде… – начал было Максим.

– Что ты такой испуганный? Как пить, так вы все герои. Дай гляну. – Она притянула Максима к себе, нагнула ему голову, осмотрела ее. – Все в порядке, как новенький. Это был не удар.

– А как я тут оказался? – спросил хоть что-то Максим, оглядывая бедную обстановку комнаты.

Окна, приютившиеся под потолком и обрешеченные снаружи, позволили ему предположить, что находится он в подвале.

– Соседи помогли. Занесли. Ты ж, как знал, прямо перед моей лавкой и прилёг.

– А я что же, всю ночь тут пролежал? – сделал предположение Максим, вспомнив, как только что ушедший гость упомянул понедельник и видя дневной свет, проникающий с улицы.

– Не только ночь, но и день. Сейчас шесть часов вечера, – укоризненно заметила цыганка.

Постепенно испуг покинул Максима. Перед ним была не страшная ведьма, какую он представлял ещё недавно, а довольно-таки милая старушка. Она тем временем, подойдя к столу, взяла лежащий на нем бумажный сверток и направилась к камину. Напротив, входной, как решил Максим, двери, в стене, он только заметил, потрескивая дровами, находился маленький камин. Подойдя к нему, цыганка бросила сверток в огонь.

– А что это вы бросили? – безо всякой задней мысли, забыв удивиться текущему времени, спросил Максим.

– Деньги, – легко ответила милая старушка, – хоть на улице и тепло, у нас все время сыро тут, приходится топить.

– Деньги? Забавно. – Максим удивился этому факту и, решив продолжить в том же ключе, спросил дальше: – Это я столько без сознания был? Что ж за злодеи меня так пригрели?

– Злодей тут только один, это ты сам. Что ж ты милок, думаешь, что это от удара ты столько пролежал, хотя, не похоже это на удар, я уже говорила. Эх, дорогой мой. Да ты сознания лишился на несколько мгновений, а уж не помнишь ничего.

Головку твою дурную я примочками быстро выходила от того, что тебя пригрели, как ты говоришь, а вот спал ты так долго, потому что снадобье мое действовало, пока вся дурь из тебя не выпотела, да не вытянулась. Тебе, мил человек, зелье пить не следует. Не умеешь, поди.

– Да уж, что правда – то правда, не умею, – огорченно согласился Максим и добавил не без удовольствия: – Но люблю.

– Эх, дурья башка.