Синтез

Ренат, на правах сегодняшнего кавалера, потребовал вернуть ему Маргариту. Он старался шутить, хоть и был не на шутку огорчен притязаниями Валдиса, которые он смог распознать, глядя на них со стороны. Тем не менее, Валдис уступил ему право проводить Риту до дома, что тот и выполнил, всю дорогу пытаясь выведать у Риты, о чём они беседовали, не забывая всеми способами произвести на неё впечатление мужчины, предпочитать которому кого бы то ни было просто глупо. Маргарита же только отшучивалась и, оказавшись у входа в отель, от души поблагодарила Рената за чудесно проведенный вечер и скрылась за дверью, оставив его в раздумье о нелегкой конкурентной борьбе мужчин за право обладания женщиной.

Поднимаясь к себе в номер, Маргарита пыталась проанализировать все чувства и эмоции, переполнявшие её, уделив особое внимание интересу, который проявляют к ней мужчины, что, впрочем, не было для неё чем-то из ряда вон выходящим – она всегда пользовалась успехом у сильного пола. Волновало её вот что. За всё время, начиная с того момента, как она вышла из номера и направилась в театр, она ловила на себе взгляды прохожих или тех, с кем общалась и не могла отделаться от ощущения, что на неё смотрит кто-то, кого она не видит, причем постоянно.

Особенно остро она почувствовала это сейчас, оставшись одна. И почувствовала это, потому что лишилась этого ощущения.

«За пределами отеля за мной кто-то следит», – вдруг решила она и испугалась.

На следующий день, прямо с утра она решила поделиться этими наблюдениями с Сандрой.

«Больше все равно не с кем, – подумала она, и тут же пред её глазами возник образ Валдиса, представлявшийся ей как некий символ настоящего мужчины, защитника, – не стоит торопиться, я его совсем не знаю. Ну, не Ренату же рассказывать». Оба рыцаря, как Маргарита назвала их про себя, предложили ей встречу сегодня вечером, и двум она пообещала подумать. «А может Сара? – вспомнила она, подумав, что та вызвала у неё больше доверия, нежели Сандра, – но как её найти? Только через Сандру. А что, если мне только кажется, и я буду выглядеть полной дурой. Этого бы мне не хотелось… Максим!»

Маргарите показалось забавным, что единственный человек, который мог бы её понять, не удивляясь ни одному самому безумному предположению, это был её соотечественник, тот, с которым она, собственно, и оказалась в этом Городе, пришел ей на ум в самую последнюю очередь. Хотя, за те уже почти четыре дня, проведенные здесь, ее новые знакомые были гораздо ближе ей, чем он.