Синтез

Вот, то же самое, но, как-то вот…

– Я ничего не поняла. Ха-ха-ха. Ты несешь какую-то чепуху.

– Тебе не понять… Как можно родиться на чужой земле? Мне кажется, все мы родились не у себя дома. Может, поэтому, всё так плохо.

– Я очень люблю цветы. Все женщины любят цветы. А почему?

– Плохо потому, что мы воспринимаем всё через прозрачные очки. Вернее, нам кажется, что это прозрачные очки. На самом деле они не такие. Они специальные. И кто-то их смастерил именно такими. Он хотел, чтобы мы видели всё именно так, как он хотел.

Но я не хочу так.

– Мне кажется, что цветы – это маленькие звездочки, просто они не висят в небе, а растут из земли. А женщинам нравится, когда мужчины им дарят цветы. Мужчины всегда обещают достать женщинам звезду с неба, но у них это не получается. Это никак не может получиться. А женщины очень хотят звезду. Вот и придумали, чтобы звездочки росли в земле, и мужчины дарили их.

– Цветам всё равно. Они универсальны. Они всегда нужны. От них нет никакой пользы, но они всем нравятся, и их всегда все хотят.

Мы вручаем их тому, кого любим или в день рождения, тому, кто родился, и кладем их на могилу тому, кто умер. Рождение и смерть, казалось бы, противоположные понятия. Но цветы, что там, что здесь – обязательный атрибут.

– Мне давно не дарили цветы. Давно! Может мне умереть, чтобы их мне подарили? Даже на день рождения не дарили в последний раз.

– Почему мы чужие на собственной земле? Или она не наша, или мы не её. А? Может та земля, откуда я приехал сюда, чужая, а эта как раз наоборот?

– Ты всё время говоришь что-то, чего я не понимаю.

– Хочешь виски?

– Нет, я хочу… нет, и есть не хочу. Давай виски. А как тебя зовут?

– Чудо-юдо-ры…. А тебя?

– А тебе зачем? Цветы мне подаришь?

– Макс! Ты… ха-ха-ха! – Купер подошел вплотную к Максиму и смотрел ему в глаза. – Глазки-то горят алым пламенем. Не мог дождаться? Это что тут такое? Ха-ха!

Джон снял со спинки стула бюстгальтер. Девушка выхватила его у него из рук и выбежала из комнаты.

– Ха-ха! С этой кошечкой уже половина клуба перетрахалась. Черт возьми, я полностью протрезвел. Нужно поправить. Как, послушал «музло» наше? Или тебе не до того было? Так, ты сейчас как вообще?

– Я идеален нынче. Хочу петь. – Максим хихикнул.

– Где она достает такие конфетки? – Купер выпил виски. – Петь, говоришь, а?

– Я говорю… мне кажется… я понял, что у меня никогда не было Родины. Что я жил во вражеском лагере. Среди чужих мне людей.