Синтез

Ну что сказать, у каждого свой вкус, мы не вправе запрещать. «Свобода выбора – величайшее достояние демократии. Но выбор может оказаться безрассудным. Мы просто не имеем права пускать всё на самотёк. Должен быть жёсткий контроль. У народа есть права, у нас – обязанность направлять эти права на благо Города». Это он мудрёно сказал. «Если партия и её лидер способны обеспечить стабильность и процветание Города, то пусть это будет хоть партия любителей тараканьих бегов, мы будем служить Городу под их программой». Богатая фантазия, собственно, как и остроумие.

Нет, ничего особенного сказано не было, одна вода. Обычное, штатное выступление. Почему меня это так заинтриговало, как будто впервые я оказался привлечённым к делу министерства. Я исправно служу Городу. В оперативную деятельность я не вовлечён. Конечно, я не герой, да мне этого и не надо. Аналитическая работа – тяжёлый кропотливый труд. Меня это устраивает, я приношу пользу и это главное. Да и кто не хочет, чтобы Город жил стабильной, спокойной и процветающей жизнью? Кто, как не я, да кто, как не мы все хотим быть уверены в завтрашнем дне? В завтрашнем дне наших детей».

Так, размышляя практически ни о чём, Глен доехал до дома. Только он вышел из машины, как его кто-то окликнул по имени. Голос был знакомым и, как оказалось, принадлежал старому приятелю Глена по академии, Сурену Наиряну. Последний раз они виделись года три назад, причём, ни где-нибудь, а в приёмной директора МГБ. Наирян тогда уже работал в администрации президента.

Они обменялись приветствиями, и Наирян предложил присесть на лавку «поболтать о том, о сём».

О том, о сём они поговорили пару минут, отвечая друг другу на вопросы «Как дела?», «Как работа?», «Как жена, дети?» – «Нормально», «Ничего так», «Цветут». После Глен спросил:

– Насколько я могу предположить, нашёл ты меня не для того, чтобы поболтать «о том, о сём»?

– И да, и нет, – ответил Сурен, – а, вообще-то, поболтать. Конечно, ты офицер МГБ, я заместитель главы администрации президента. – Сурен ухмыльнулся.

– Да ты что?

– Один из пяти. Это не имеет значения, мы старые друзья-однокурсники и городскими тайнами обмениваться не будем. Это я к тому, что, вдруг ты опасаешься того, что за тобой следят?

– Думаю, если кто за мной и следит, – улыбнувшись, произнёс Хайден, – то жена из окна дома.

– Я и говорю, подозревать нас пока не в чем.

– Пока?

– Шучу я, шучу. Слышал, у вас собрание было?

– А вы хорошо информированы.

– Ну, это же не тайное совещание.