Синтез

«Такое ощущение, – думал он, – что над ним нарочно издеваются. Не могут же они не замечать его мук, которые сложно было бы назвать душевными. Как бы им это боком не вышло».

– Ну, ладно, посмотрим, – еле сдерживаясь, но, улыбаясь, выдавил Шнайдер.

– Между прочим, господа, – заметила госпожа Крейг, – у Жанны в воскресение премьера в театре, а вы тут со своими очередями.

Ульф Юнсон неожиданно взял жену под руку, и они вышли в зал.

Госпожа Крейг закрыла глаза. Продюсер вилкой катал горошек в своей тарелке.

– Томас, давайте лучше выпьем, – отложив вилку, предложил Кац.

Через несколько минут все, за исключением Жанны Роллан, вернулись к столу.

– Постойте-ка, господин Крейг, куда вы дели мою подопечную? – поинтересовался продюсер.

– Жанна сказала, что скоро подойдет, а куда ей понадобилось, я уж, простите, спрашивать не стал. Ведь, не мое это дело, не так ли, дорогая? – обратился Крейг к супруге. – А что тут у вас нового? Все кости мне перемыли?

– Вас мы временно оставили в покое.

Мы тут решили обсудить деятельность профсоюзов и… – начал было Ким Сан Шик.

– Я вас умоляю, господа, ну, сколько можно? – вмешалась госпожа Крейг.

– Не будем, не будем, – засмеялся Юнсон.

В этот момент в зале раздался голос ведущего:

– Дамы и господа, мы надеемся, вам у нас нравится. Вам нравится?

– Да! – смеясь, зашумели дамы и господа.

– Музыки хватает?

– Да!

– Обстановка, общество, обслуживание, выпивка, закуска, всё в порядке?

– Да!

– Что же, мы всегда рады доставить вам удовольствие и всегда готовы прислушаться к вашим пожеланиям! В нашем отеле ничего невозможного нет! Мы всегда вам рады! Итак, продолжаем наш вечер.

Внимание, а сейчас объявляется белый танец! Дамы приглашают кавалеров! Маэстро, музыку!

– Ну, так как на счет пари? – смеясь, спросил Юнссон Шнайдера, оглядывающегося по сторонам в поисках Жанны Роллан.

– 9 –

Толи Фогель так часто подливал всем коньяк, толи этот шум, музыка, общее веселье, разговоры, смех так подействовали на Максима, что он уже был изрядно пьян и чувствовал, как от всей этой приятной суматохи у него кружится голова.

Но, определенно, он чувствовал себя прекрасно. Единственное, что нарушало его спокойствие, это Рита. Периодически он кидал взгляд в сторону столика, за которым она сидела с новыми друзьями, и испытывал что-то вроде обиды и даже злости на то, что он не с ней, вернее на то, что она не с ним.