И дым отечества… Рассказы

Несмотря на это, ей прекрасно удавалось донести до нас смысл новых слов и правил грамматики, используя жесты, мимику и наглядные картинки в учебниках. В группе, состоящей из двух десятков человек самого разного возраста и профессий, были в основном выходцы из республик бывшего СССР. А так же одна девушка Габби из Югославии и еще одна – Шарон из Парижа, что меня почти убило. Я и представить не мог, что кто-то может эмигрировать из Франции. Но, как я узнал, здесь была замешана любовь. Жених Шарон, был израильтянином и она переехала к нему жить.

Впоследствии, вовсю пользуясь автостопом, что здесь весьма принято при переезде между городками (совершенно бесплатно), я, общаясь с любезными водителями, встречал учителей из Чикаго, врача из Канады, и даже певца из Ирана!

Язык поначалу давался легко, но тут же напрочь забывался. Набрав небольшой словарный запас, я смело вступал в беседу при любом удобном случае. Понимали меня хорошо, но ответы моих собеседников ставили меня в тупик обилием незнакомых слов.

И только после просьбы говорить помедленнее и использовать простые слова, и я понимал их. Как ни странно, этот минимальный уровень общения давал мне возможности шире углубится в языковые дебри. Зачастую выручало знание английского языка, так как здесь им владели все.

В полдень занятие в ульпане заканчивались. Мы покупали продукты в магазинах, поскольку ларек в нашем поселке не блистал широтой выбора, и, увешанные пакетами, спешили на автобус. Скорее домой, забрать сына из садика, работавшего всего до 13—00.

Мы все смелее пользовались автостопом. Уже не стесняясь спрашивали водителей в какую сторону они едут и, вместе с другими желающими, втискивались в гостеприимные автомобильчики.

– Смотри! – скосила глаза Елена.

Я пригляделся. Между передними сидениями у водителя лежал здоровенный гранатомет. Мужик видно был основательным и пистолетным пукалкам предпочитал серьезное оружие.

Садик Мишка не любил и, несмотря на то, что одна воспитательница знала русский язык жаловался, что дети в садике говорят не правильно! Он ревел по утрам, когда его вели в детский сад и весь день сидел в сторонке не принимая участия в играх, и не понимая сказок, которые воспитательница читала детям.

Даже вооруженный автоматом солдат, охраняющий детей у входа в садик не производил на него никакого впечатления. Хотя время от времени дома он уже начинал выдавать словечки на ломаном иврите и даже как-то спел куплет из детской песенки, услышанной в садике.