Ливия. Куда идёт страна 140 племён?

Каждому ливийцу было обещано право на получение образования, причем начальное образование объявлялось бесплатным и обязательным для мальчиков и девочек. Опуская дальнейшие подробности, заметим, что последний пункт конституции если и воплощался в жизнь, то крайне медленно.

Двадцать четвертого декабря 1951 г. Ливия стала-таки независимым федеративным государством с двумя официальными столицами – Триполи и Бенгази (последняя служила резиденцией короля и его дивана). Вошедшие в состав Соединенного королевства Ливия три провинции имели, каждая, своего губернатора (вали) и свое правительство.

На федеральном уровне законодательная ветвь власти принадлежала двухпалатному парламенту. Сенат состоял из 24 членов – по 8 от каждой провинции. Половина сенаторов избиралась провинциальными законодательными советами, другая – назначалась королем. В нижней Палате представителей, избираемой мужчинами, достигшими возраста 21 года, было 35 депутатов от Триполитании, 15 депутатов – от Киренаики и 5 – от Феццана.

Однако такой порядок установился не сразу. В преддверии февральских парламентских выборов 1952 г. король и его окружение приняли все меры к тому, чтобы поставить рогатки перед Баширом ас-Саадави, который отвернулся от сенуситов, понадеявшись на моральную поддержку США и возможность сыграть на англо-американских противоречиях. Как результат, возглавленный им Ливийский национальный конгресс (ЛИК) завоевал всего 9 депутатских мандатов, причем представители Киренаики получили 44 мандата, представители Триполитании – шесть и представители Феццана – пять.

Свою роль сыграл полицейский террор, сковавший страхом Триполи; следует также учитывать тот факт, что неграмотные избиратели, т. е. подавляющее их большинство, голосовали открыто, устно сообщая секретарю окружной избирательной комиссии, кому они отдают предпочтение. После поражения ЛНК на выборах 1952 г. Башир ас-Саадави объявил их итоги фальсифицированными. В ответ на это его выслали из страны, а деятельность всех политических партий запретили; на печать легла тяжелая длань цензуры.

Позже доля мест депутатов от Триполитании в палате представителей была увеличена, и как раз до того уровня, которого требовал ас-Саадави (из расчета один депутат на 20 тыс. жителей), но эти депутаты, в сущности, ничем не отличались от других патриархальных авторитетов страны: племенных или религиозных.

Законодательная инициатива могла исходить как от парламента, так и от короля.