Ливия. Куда идёт страна 140 племён?

Ливию окутывает еще одна легенда, в которой переплелись греческие и семитские мифы: одной из жен бога морских пучин Посейдона была Ливия, то ли нимфа, то ли дочь царя египетского Эпафа и мать Бела, известного также как Баал, Ваал (он же Молох или Вельзевул). «И устроили высоты Ваалу, чтобы сожигать сыновей своих огнем…»[8 - Библия. Книга пророка Иеремии. Глава 19.]. Разумеется, это далеко не единственная версия мифа о рождении Ваала и его месте в пантеоне языческих божеств. На наш взгляд, она интересна тем, что связывает «царевну» Ливию с Египтом и таким образом отражает какие-то исторические реалии.

После Пунических войн и падения Карфагена (146 г. до н. э.) Триполитания становится частью Римской республики, затем Римской империи. Расцвет Лептис-Магны пришелся на первые три века н. э., особенно на время правления уроженца этого города, императора Септимия Севера (193–214 гг.), при котором здесь появилось много новых строений. Последнее относится и к Сабрате. Оба города, как и Эя, экспортировали продукты местного производства и слоновую кость из Черной Африки, хотя низкорослые североафриканские слоны, составлявшие «танковый корпус» армии Ганнибала, возможно, еще не совсем вымерли (их изображения встречаются на позднеантичных мозаиках из Туниса и Ливии).

Не вышел из употребления и финикийский (пунический) язык. Так, Апулей (ок.125 г. – после 170 г.), женившийся на богатой вдове из города Эя, нелестно характеризуя своего пасынка Сциния Пудента, пишет, что этот именитый юноша – невежда, предающийся безделью и пьянству.

«Разговаривает он все время только по-пунийски и едва-едва помнит до сих пор несколько греческих слов, которым когда-то его выучила мать. По-латыни же он и не хочет и не может разговаривать»[9 - Апулей. Апология. Метаморфозы. Флориды. М.: Наука. 1959, с. 92.].

В ходе распада Римской империи на Западную и Восточную (конец III века) Триполитания отошла к первой из них. В 439–534 гг. она являлась частью Вандало-Аланского королевства со столицей в Карфагене.

Печально прославившиеся разорением Рима в 455 г., вандалы не разрушали города в своих новых пределах, однако Эя и Сабрата давно страдали от набегов кочевников, а Лептис-Магну, покинутую жителями, уже засыпал песок. Ситуация здесь не улучшилась после падения Вандало-Аланского королевства и частичного перехода Северной Африки под длань Константинополя. К моменту арабского завоевания в Лептис-Магне ютился только небольшой византийский гарнизон.