Ночь, шампанское, любовь

К ним подошла Сиена, красавица блондинка, жена Константина, и разговор оборвался. Когда Габриэль снова попытался найти глазами Джемму, та уже исчезла, как и Зейн. Быстро извинившись перед парой, Габриэль вышел.

С широкого каменного балкона открывался изумительный вид на безупречно гладкое море, остров Амбрус и ясное, усыпанное звездами небо. Вокруг не было ни души. Напряжение, охватившее Габриэля в зале, немного спало. Он подошел к парапету и посмотрел вдаль на горизонт, за которым мерцал свет закатного солнца.

Габриэль любовался чистотой неба и спокойствием морской глади, ночная прохлада обволакивала его.

В памяти воскрес образ из прошлого: ее рыжие волосы рассыпались по его груди, и она, такая теплая и нежная, прижалась к нему…

Закат померк в его глазах.

Горе от потери отца и его предательства застило глаза Габриэля, и у него не оставалось времени на страсть.

Это случилось шесть лет назад, и с тех пор все поменялось.

Его семья оправилась от двойного удара – смерти отца и последовавшего за ней скандала. Дела в банке шли в гору благодаря тому, что Габриэль очень внимательно организовывал рабочий процесс, а его младший брат Кайл интересовался инвестициями. Неприятности доставлял Марио со своими махинациями, которые затрудняли ведение дел.

Габриэль почувствовал большое облегчение, когда Константин сказал – Зейн вот-вот сделает предложение Лайле Коул, модному дизайнеру, оформлявшей «Амброзия перлс».

Он крепче вцепился в перила, вспомнив, как Джемма обвила руками шею Зейна. Было очевидно: она и не подозревала о том, что Зейн достался другой женщине.

Габриэль стиснул зубы. Если все так, Джемме вот-вот причинят боль.

Шесть лет назад Габриэль и Джемма оказались вместе из-за совсем иных обстоятельств, но ситуация странным образом повторялась.

На протяжении долгих лет он держал себя под контролем, был полностью сосредоточен на работе и семье, а теперь вот-вот окажется в гуще страстей, которая однажды уже поглотила его в Долфин-Бэй. И все же желание ринуться в омут с головой боролось в нем с осторожностью. Габриэль помнил ту одержимость и страсть, в сети которой попал его отец, и он вовсе не хотел поддаваться соблазну.

И в его голове родился план.