Когда сталкиваются миры

Как было, так и говорил. Но это все в прошлом. Зачем к этому возвращаться, да еще и нагнетать? Мона и так психованная. А представьте, что было бы, если б у нее были подружки из ее кругов! Они бы от меня мокрого места не оставили своими: «Мона, он наркоман и нищеброд, бросай его»!

Итан помотал головой.

– Я бы не стал париться на этот счет. Ребятишки из наших кругов с падшими не водятся. Вы можете быть лучшими друзьями, пока ты соответствуешь всем параметрам. Но стоит тебе оступиться, – вылететь из престижной школы, не унаследовать семейное дело, обанкротиться, – все, ты персона нон грата, сразу же из друзей удалят.

– Суровые у вас все-таки законы, приятель.

– Но ведь когда-нибудь тебе придется признаться, – вдруг сказал Айзек. – Не будешь же ты вечно за маской прятаться, правильно?

– Верно, – нахмурился Мартин. – Пожалуй, надо просто подождать, пока она успокоится. И убедить ее, что прежний бородатый я вовсе не такой моральный урод, как она думает.

Моника фурией влетела в магазин и, не здороваясь, направилась прямиком к прилавку.

– Значит, я дальше своего носа ничего не вижу?! – заорала она на Мартина. – Попробуй только еще раз за мной увязаться, псих, – башку снесу!

– Долго же ты будешь дожидаться, пока она успокоится, парень, – присвистнул Итан.

В дверях стояла Диана и коварно улыбалась ярко-красными губами.

– Да уж, женская дружба – страшная сила, – покачал головой Айзек. – Ди, это, конечно, мило, что ты побежала встречать Мону просто для того, чтобы рассказать, что о ней говорят грязные мальчишки.

Но не ты ли сама ее овцой назвала?

Диана не ожидала такой откровенной подлости и впала в ступор.

– Ди, это правда? – резко обернулась на нее Моника, а когда не дождалась ответа, выпалила: – Не может такого быть! Ди бы никогда обо мне такого не сказала!

– Конечно! – не выдержал Мартин. – Это только твой бывший козел и подлый изменник!

15

Сырой вариант их песни был состряпан еще вчера, но вместо того, чтобы по-человечески репетировать, они цапались и обменивались обидными колкостями.

В конце концов, Моника сказала, что больше не будет играть в этой вшивой группе и пусть они ищут себе другого вокалиста и ритм-гитариста, забрала гитару и скейт и была такова.

– Ой, психанула и ушла, как оригинально! – буркнул Мартин.

– За что боролась, на то и напоролась, – сказал Итан. – Она ж рок-группу хотела, чтобы ругаться, а не музыкой заниматься.

– Да ладно. Вернется, как миленькая, – засмеялся Айзек.