Стоящие свыше. Часть II. Усомнившиеся в абсолюте

И вес змея, баланс его тела, и физиологические особенности дыхания, пищеварения, и – главное – принцип, по которому более семи объектов одновременно нельзя слить в единый, воспринять как единый. Работа о том, как действует мозг, разнесенный по нескольким головам, написана ученым из нашего университета, ныне покойным. Очень толковая работа, она есть в библиотеке.

У Зимича осталось и много других вопросов, но не было сил их задать: трудно беседовать с человеком, который вызывает если не ненависть, то столь глубокое отвращение.

Интересно, он продался чудотворам, искренне ратуя за университет, или ему дорого ректорство? А может, спасая университет, он спасает в первую очередь свою жизнь? Но ведь нельзя, нельзя цепляться за жизнь любой ценой! Слишком высокой может оказаться цена!

Да, цена может оказаться слишком высокой… Зимич со свечой в руках поднимался по винтовой лестнице и думал, что и сам не смог умереть, сам бежал от охотников. И если ему не удастся остаться человеком, не будет ли это той самой высокой ценой? И бессмысленно оправдывать себя надеждами, будто он никогда не превратится в змея.

Никто не знает, как повернется жизнь.

10 мая 427 года от н.э.с. Утро

Лодка шла по течению узкой, извилистой речки быстро, темная вода журчала под бортом, по берегам свиристели птицы, и майское солнце приятно грело голые плечи. Йока неожиданно заметил, что устал: его клонило в сон, тело ныло от побоев, и особенно разболелись вдруг пальцы, сломанные Важаном.

Но лодку покачивало, словно колыбель, и он не заметил, как прислонился головой к плечу Змая, сидевшего рядом. И голос Цапы доносился до него сквозь пелену сна. А скорее всего, сном и был.

– Как ты нашел мальчика?

– Считай, это он меня нашел.

– Нравится тебе у нас?

– Уютный мирок. Бросил бы все и остался тут навсегда. Солнышко светит, птички поют. Благодать. Зимой, наверное, морозы?

– Да, морозы.

И снега много. А как у вас?

– Плохо. Я уже забыл, что такое мороз. Ни зимы, ни лета. На юге и того хуже – сырость, море цветет, реки смердят, рыба дохнет. Голод, моровые язвы, нищета.

– Ишь, спит… Когда спит – совсем ребенок. Ты ему еще не говорил?

– Нет. Он сам догадается. Не сегодня. Через неделю-другую.

Танцующая девочка тоже сидела в лодке и гладила Йоку по голове. У нее были маленькие руки с белыми пальцами и короткими ногтями.