Стоящие свыше. Часть II. Усомнившиеся в абсолюте

Придает нашей скучной жизни оттенок романтики.

– А вы сомневаетесь в том, что Откровение сбудется? – лукаво спросил Змай.

– Я сомневаюсь в том, что оно сбудется само по себе. Если оно начинает сбываться, а некоторые факты говорят в пользу этого утверждения, это означает лишь, что кто-то способствует его осуществлению.

В садик из задней двери особняка вышла горничная с подносом; вслед за ней появился дворецкий, который нес тазик с горячей водой и чистые полотенца, перекинутые через локоть.

– А вот и кофе, – удовлетворенно кивнул Важан Змаю, – у меня отличный кофе, мне его привозят из Исида.

– Буду рад попробовать. Там, откуда я прибыл, нет хорошего кофе.

И Важан не спросил, откуда прибыл Змай! Он вообще вел себя странно: то ли делал вид, что ему нет до Змая никакого дела, то ли действительно давно и хорошо его знал.

Дворецкий же устроил тазик на стул возле Йоки.

– Йелен, мой дворецкий неплохо разбирается в медицине. Можешь смело доверить ему свои боевые раны.

– Я бы попросил вас повернуться к солнцу, господин Йелен, – сказал дворецкий, – а лучше всего – пересесть в кресло.

– Как вам будет удобней, – кивнул Йока. В тени он начал замерзать.

– А вы, если я правильно понял, не сомневаетесь в том, что Откровение сбудется? – продолжил Важан разговор со Змаем.

– Мне трудно ответить на этот вопрос. Но я согласен с вашей точкой зрения: чтобы Откровение сбылось, кто-то должен приложить к этому руку. В частности, кто-то должен родить и вырастить Врага. И этот кто-то должен в полной мере владеть прикладным оккультизмом, ведь речь идет об изменении биологических особенностей человека.

Дворецкий (внешне – сама учтивость) довольно грубо пощупал нос Йоки – едва успокоившаяся боль вспыхнула снова.

– Ничта, перелома нет, немного смещена перегородка. Подправить?

– Конечно. Не оставлять же его с кривым носом на всю жизнь.

– Может быть, стоит сделать ему инъекцию морфина?

Важан повернулся вполоборота и смерил Йоку взглядом:

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Вам придется потерпеть, господин Йелен, – вздохнул дворецкий. – Это болезненная операция.

– Подержать ему голову? – Змай поднялся.

– Да, – согласился дворецкий, – так будет лучше. И… Ничта, надо, чтобы кто-то придержал полотенце.

– Мне это ничего не будет стоить. – Важан медленно поднял грузное тело с плетеного кресла – оно заскрипело и едва не развалилось.

– Не бойся, – весело сказал Змай, подходя к Йоке сзади, – я буду держать крепко.