Страна не для него

» – пронеслась мысль отчаяния в голове Гина Хасегавы, но он не подал виду и строго сказал красавчику и его друзьям:

– Вернитесь к своим делам, пожалуйста!

Затем недобро зыркнул на Кицуне и Курта и глядел так на них до тех пор, пока зачинщики не убрались с глаз. Те, в свою очередь, не заставили себя ждать, потому что были уверены, что сейчас неудачник Митсюзаки и эта обезьяна из Европы получат по первое число.

– Вы в порядке? – спросил вдруг староста, резко смягчившись во взгляде и подобрев в голосе – пускай всего на две секунды.

– Да, – успел кивнуть Кицуне.

– В цивилизованном обществе не принято бросаться на людей с кулаками, – Гин Хасегава снова стал строгим и грозным. – В следующий раз постарайтесь решить свои проблемы мирным путем. И приберитесь здесь, пожалуйста.

– Мы нижайше просим прощения за беспокойство, семпай! – извинился Кицуне и склонился в поклоне сайкейрей.

Курт глянул на него и зачем-то вспомнил, что это самый почтительный поклон с наклоном корпуса в 45 градусов и продолжительностью не менее счета до трех.

От этих дурацких курсов, которые он посещал после занятий, действительно была какая-то польза! Тем временем Гин Хасегава с достоинством ретировался.

– Ого, это было близко! – сказал Курт Кицуне. – Этот напыщенный ублюдок меня определенно бесит! В следующий раз не бойся его, а просто врежь в рожу изо всех сил!

– Прости, я не понимаю, что ты говоришь, – недружелюбно отмахнулся Кицуне, опустился на пол и принялся собирать разлетевшиеся листы.

Курт резким энергичным движением рухнул на колени рядом с ним и начал помогать. Кицуне был зол на него и с трудом справлялся с желанием толкнуть его, чтобы тот упал на пол и почувствовал себя хотя бы немного униженным.

– Наш староста такой здоровый, мне аж жутко! – продолжал трещать чертов иностранец на своем проклятом кривом японском.

 – Мне казалось, что все японцы маленькие, а наш староста просто шкаф, да? Скажи же, он огромный! Мне кажется, он даже выше меня! Как треснет – мозгов не соберешь! Эй, а это что? – он беззастенчиво, как невоспитанный ребенок, ткнул пальцем в частокол шрамов на запястье Кицуне, которые случайно показались из-под рукава, когда парень потянулся за листом, – парочка порезов была совсем свежая.