Сказки после лестницы

Жанна стала жадно пить. Ее, почему-то, замучила жажда. Она выпила и чашку остывшего чая, и стакан компота. Компот был сливовый.

«Никаких совпадений» – подумала Жанна.

Она осмотрелась вокруг. Жанна лежала на огромной кровати под изумрудным балдахином. Цвет был именно такой: не зеленый, не салатовый, не мятный, ни цвета зелени, а изумрудный. Скорее всего, в ткань были вшиты блестящие нитки.

Она утопала в подушках всех форм и размеров.

Над головой висел ловец снов. Он был выполнен из металлической проволоки и цветных перьев.

Кроме того, складывалось впечатление, что перья постоянно добавляют, потому что торчали они со всех сторон.

На столбике кровати висел ажурный кулон Трау. Синий камень внутри него был очень блеклый. Скорее серый, или дымчатый.

Перед собой Жанна увидела каминную полку с кучей разных безделушек и фоторамок, а над камином висел портрет.

Этот портрет Жанна уже хорошо знала.

«Вальдэрьян и Олван. 920 г.»

Тут, правда, он был немного другой. Вальдэрьян, очевидно,

это – ОНА, и она смотрит прямо на НЕГО.

Они смотрят друг другу в глаза. Камень, в подвеске на шее Вальдэрьян, на картине изображен с синим сиянием.

Жанна подумала, что такая любовь способна пережить само время. Почему-то, в глазах Олвана она читала именно это. Она с грустью подумала, что ее никто не любит. И тут же вспомнила о маме. Мысленно, она пожелала маме доброго пути и хорошего отдыха.

Из огромного окна лился солнечный свет, и на верхушках деревьев было полно снега.

Перед окном стоит стол и диванчик.

Стол завален книгами и прямо на книгах стоит печатная машинка.

По комнате, то тут, то там, стоят вазы с еловыми ветками и белыми розами.

«Наверное, это из сада» – подумала Жанна.

Она встала с кровати. Жанна поняла, что никогда не была в этой спальне.

«Думаю, это – спальня Трау, раз тут висит ее кулон».

Девочка прошлась по комнате, и заметила, что стенка за кроватью завешана рукописями, портретами, скетчами и, главное – обнаружила там открытку Мориса.

Зайчики, все вместе, тащили шишки, и у одного на голове была вязаная шапочка синего цвета.

«Спасибо!» – было написано корявым почерком Мориса прямо по открытке.

Тут были марки, открытки из разных стран, просто почтовые конверты с разными адресами, оторванный кусок испанского разговорника, брошки, бусы. По балдахину свисали вниз орехи, конфеты и снова перья.

Эта комната была, как какой-то временной коробок, с кучей мировоззрений, историй и фантазий.