Кончина. Киноповесть о тюрьме без вымысла

Дебил! Придурок! Заткнись!

Он обиженно смотрит на них.

Зэк 1. Сами дебилы! Просто я ответственный.

Смех и гиканье усиливаются. На пороге появляется начальник.

Начальник. Слышь, ответственный, с тебя объяснительная!

Зэк 1 (недоуменно). За что?

Начальник. За вчерашнее спанье после обеда!

Все смеются. С полотенцем на шее и мыльными принадлежностями в рукахмизансцену дополняет довольно улыбающийся Сафронов.

Сафронов. Так тебе и надо, петушара!

Начальник (Сафронову).

Сафронов. А с меня-то за что?

Начальник. Долго ссышь!

Тишина. На лице начальника – ухмылка. На лице Сафронова – горечь и бессильная злоба.

Сцена 21

Камера опять видит подоконник с кнопкой – уже другой, но опять треснувшейпополам. Снова в кадре шлагбаум, а за кадром голос Н. Михалкова.

Голос. Мы нахерачились и решили в соседнюю деревню поехать к телкам. А бензина нет. Тут машина соседа – деда там одного. Он ее возле гаража поставил, а сам в гараже трется.

Голос 2. И много слили?

Голос. 40 литров.

Голос 2. И сколько тебе за это дали?

Голос. 2 года. Гыыы. Смотри, Сыч идет.

В обзоре камеры возле шлагбаума стоит Иваныч с журналом под мышкой. К нему с улицы подходит пьяный, шатающийся человек в рванине и мокрых брюках. Он приближается к Иванычу, протягивает ему ладонь, что-то говорит – не слышно, что. Тот зажимает нос, показывает на его брюки и жестом указывает, чтобы он уходил.

Михалков. Здорово, Санек.

Пьяный (радостно, растопырив руки). О, здорово, Генаха!

Михалков. Ну че, как на свободе-то?

Пьяный. Да, бля, все три дня как освободился, бухаю. Остановиться не могу. Ген, есть рублей 15, опохмелиться, помираю, мля?

Вытягивает ладонь. Тот достает из кармана брюк несколько монет, дает ему. Иваныч с омерзением наблюдает за этой сценой, не сводя глаз с мокрых штанов пьяного.

Пьяный. Генах, душа, сам знаешь. Поползу я.

Обнимаются. Пьяный, шатаясь, уходит. Михалков смотрит ему вслед с радостью, Иваныч – все с тем же омерзением.

Михалков. Ништяк ему, он на воле.

Иваныч. Обоссался походу.

Михалков. Зато на воле.

Иваныч. Не боись, скоро заедет.

Михалков. Думаешь?

Иваныч. 15 лет работаю, тут и думать нехер. Если тянет в дом родной, – значит, скоро вернется.