Кончина. Киноповесть о тюрьме без вымысла

И деньги, как назло, кончились. Надо на хоздворе посмотреть – может продам чего… Совсем офуели… Еще и руки в карман засунул! Я ща них возьмусь…

Время от времени она залезает то в один, то в другой нагрудный карман, попеременно доставая оттуда сотовые телефоны и бросая в трубку: «Перезвони». Отключившись, добавляет: «Задолбали, мля».

Крановщик: Здравствуйте. Кран заказывали? Меня Коля зовут.

Пьяный (долго молча всматриваясь в лицо собеседника с оттенком подозрительности): Ладно, что не вертолет.

Меня зовут Федор Кузьмич. Мы тут гараж строим…

Перед глазами зрителя открываются широкие ворота, за которыми вид напоминает поле боя – руины, свалка стройматериалов и бытового мусора, по которому роятся, словно муравьи, люди – все в обносках и жилетах оранжевого цвета. Многие курят. Двое заняты делом – один ходит за другим, то и дело раздавая команды типа «бери», «неси» и т. п. Второй выполнят их не спешит, грязно ругаясь на своего советчика. Все смотрят на Кулакова и Колю диким взглядами, словно нелюдимы.

Кулаков: И вот, значит, блоки надо покидать. Хотел вручную заставить, а они, курвецы, не везут нихера… Баланду не жрут, зажрались, черти. Ух! (грозит кулаком в воздухе). Ну, в общем, ты меня понял.

Коля: Вроде да. А где блоки-то?

Кулаков (рассматривая что-то под ногами): После обеда привезут.

Коля: Ясно. А до обеда что делать?

Кулаков: Кури пока. У тебя же почасовая оплата (продолжая ковыряться под ногами). Это что за фуйня? (кричит) Скворцов!

Вид вновь переключается на подоконник с кнопкой.

Голос Кулакова слышен здесь приглушенно, но сидящий у кнопки человек в таком же оранжевом жилете слышит его, и подходит к двери малюсенького, напоминающего по размерам гроб и замусоренного донельзя помещения, в котором он сидит. Открыв дверь, он видит Кулакова.

Скворцов: Да, Федор Кузьмич.

Кулаков: Джигурда! Это что за проволока? (показывая на валяющийся на земле моток железной проволоки)

Скворцов: От старого гаража осталась, Федор Кузьмич, когда ломали.

Кулаков: Скажи Сенину – пусть едет, сдает. Деньги нужны.

Скворцов: Вам?

Кулаков: Нет, тебе! Совсем офуели! Я за вас возьмусь!

Кулаков начинает орать и топать ногами, но его успокаивает непонятно откуда взявшийся человек мрачного вида с усами, приговаривая:

Усатый: Федор Кузьмич, да пошли они. Айда, лучше накатишь.

Уводит Кулакова вглубь свалки. Коля вновь подходит к окну, за которым сидит Скворцов.