Наследник Каладана

– После трагедии ваш убитый горем отец забросил бандерилью в угол этого здания. А я тогда служил конюхом и подобрал ее. И теперь хочу, чтобы она была у вас.

Пол посмотрел на бандерилью, представив, что это его единственное оружие против разъяренного животного.

На лице Дункана мелькнула тень переживаний.

– Ваш дед проявил ко мне доброту, когда я был мальчишкой, только что сбежавшим от этих тварей Харконненов. А ваш отец помог мне стать тем человеком, которым я являюсь сейчас.

– Я всем обязан дому Атрейдесов.

 – Он помрачнел и посерьезнел еще больше. – Я буду служить вам преданно и умело, до моего последнего вздоха.

Смущенный тоном Дункана, Пол попытался разрядить напряжение легкой улыбкой:

– Я знаю, Дункан, и очень ценю это. – Он гордо вскинул бандерилью, выглядевшую в руке одновременно и хрупкой, и опасной. Интересно, что скажет отец, когда узнает, что она теперь у него. – Спасибо за подарок!

– Сперва я хотел сохранить ее у себя на память о старом герцоге, – произнес Дункан, – поскольку он очень многое для меня значил.

Но теперь считаю, что она должна принадлежать вам. Вы ведь не застали своего деда в живых.

Юноша еще раз повертел подарок в руках, осматривая старую засохшую кровь на острие.

– Моя нынешняя жизненная ситуация чем-то напоминает бой быков: нужно соображать быстро, впереди опасность, и временами это похоже на какое-то представление.

– Так оно и есть, молодой господин! – Дункана, кажется, позабавило это сравнение. – Кстати говоря, вы засиделись в замке.

Это не дело для будущего герцога. На Каладане сейчас все спокойно и он вполне проживет несколько дней без вашего присмотра. Пришло время отправиться на настоящую тренировку! – Он сверкнул загадочной улыбкой. – Давайте составим план. Участвуем только мы вдвоем.

– Что угодно, кроме боя быков! – воскликнул Пол, загораясь азартом. – Мне нечего доказывать на арене.

* * *

В тот же день после обеда Пол стоял в отцовском кабинете возле стола, который казался ему слишком большим, и просматривал документы, разложенные на тщательно отреставрированной поверхности из красного дерева.

Вошел Сафир Хават, чтобы провести обычный инструктаж, но на сей раз старого ментата сопровождал Дункан, что было необычно.

Прежде чем приступить к делу, Сафир прошелся перед столом туда-сюда – очевидно, ожидая, пока молодой человек сядет. Но Пол продолжал стоять, опираясь на спинку стула. Кабинет все еще вызывал у него благоговейный трепет.