Наследник Каладана

Когда и четвертый ментат сказал то же самое, взволнованную Малину охватили сомнения.

Ее решение по поводу Якссона было однозначным: ни она, ни Джалма, ни Франкос не могут примкнуть к движению сына, и ей предстояло придумать, как разрушить его планы.

Но какую роль во всем этом играет герцог Лето? Каково его участие и конечная цель?

Она отпустила ментатов, еще раз напомнив о строгой секретности их умозрительных выкладок. А затем приняла решение вернуться на Носсус, где надеялась узнать больше.

Победа дарит ощущение полета, в то время как поражение – это глубокий гравитационный колодец, в котором разбиваются все надежды. И одно чувство может смениться другим в мгновение ока.

    Парадигма Дзенсунни

На голограмме, присланной Туллом, Джессика стояла так близко к этому надменному аристократу, что сердце Лето будто превратилось в кусок свинца. Она не произнесла ни слова во время краткого выступления и держала руки по швам, хотя и касалась плечом виконта, пока тот нахваливал свои нейтрализаторы защитного поля.

Не замечая, каким эмоциональным шоком для Лето стала эта картина, Якссон возбужденно предвкушал возможности, которые откроют перед ним новые устройства. Он уже представлял, как использует их для внезапного сокрушительного удара по устрашающим императорским сардаукарам.

Ему тут же загорелось их проверить. Вытащив из ящика два расписных кубика, Якссон вызвал из дома десяток охранников, приказав им надеть полную униформу и персональные щиты.

Хотя Носсус считался безопасным местом, Якссон держал в главном корпусе внушительный арсенал, в том числе множество винтовок метательного действия – якобы для охоты на диких зверей в горах, но Лето не был дураком и все понимал.

Лидер повстанцев зарядил две таких винтовки гелевыми пулями – мягкими шариками, которые поражали цель, не причиняя тяжелых увечий.

– Идем, друг мой. Мы должны испытать, насколько хороши они в работе. – Якссон сиял, налитый веселой нервной энергией – радуясь, что может заняться этим совместно с Лето.

 – Мои люди добровольно примут участие в эксперименте.

Лето нерешительно последовал за ним. Они установили прототипы на краю хлебного поля, недалеко от главного здания. Охранники-добровольцы выстроились в шеренгу, ничуть не проявляя волнения. Они ожидали с каменными лицами, будто по приказу Якссона были готовы стать даже расстрельной командой, если того потребует восстание.