Наследник Каладана

Предоставив Фенрингу возможность копаться в руинах и расследовать сколько душе угодно, барон отбыл на Гайеди Прим, сославшись на неотложные дела Дома Харконненов. Он договорился, что директор прилетит туда – не для того, чтобы пресмыкаться перед ней или оправдываться, а чтобы определиться, как они смогут продолжать взаимовыгодные отношения даже с утратой этого секретного завода по переработке специи. А после этого он собирался отправиться на Ланкивейл, чтобы посмотреть, что Раббану удалось вытянуть из пленника-Атрейдеса.

Но в первую очередь – дела на родной планете.

Гайеди Прим гудела как улей – современный цивилизованный мир с массивными административными зданиями, мануфактурами, оружейными заводами и всем прочим. Барон полной грудью вдохнул родной воздух, казалось, насыщенный ароматами прибыли и технологий. Он наслаждался видом летательных аппаратов, серым дымом в небесах, стройками циклопических масштабов. Затем отправился в свои роскошные апартаменты, где побаловал себя паровой баней, масляным массажем и плотскими удовольствиями с молодыми работниками сферы развлечений обоего пола.

Фейд-Раута зашел навестить дядюшку – холодный, уверенный в себе и красивый. Младший племянник вырос стройным и мускулистым юношей – совсем как сам барон в молодости, до того, как эта стерва, преподобная мать Мохайем, наслала на него болезнь. Несмотря на то, что операциями со специей заправлял старший брат Фейда, барон чувствовал, что этот молодой человек куда лучше годится на роль его собственного преемника.

Разумеется, он понимал, что Фейд пока незрел, излишне амбициозен и безжалостен. Возможно, молодой человек еще не обладал терпением и хитростью – качествами, необходимыми настоящему барону. Еще предстояло выяснить, как Фейд справится с задачей, поставленной перед ним дядей – нанести ненавистным Атрейдесам сокрушительный вред. Предполагалось, что это продемонстрирует его мастерство. До сих пор результаты были разочаровывающими и неубедительными.

Принимая молодого человека у себя в апартаментах, барон не смог сдержать улыбки.

Племянник обладал кошачьими манерами и любил дорогую свободную одежду, не сковывающую движений. Он слыл не только лихим молодым дворянином, но и смертельно опасным бойцом, вновь и вновь проявляющим себя на арене для поединков.

Войдя, юноша почтительно поцеловал руку барона, чем вызвал у старика кратковременный прилив умиления.

– Я не ожидал, что вы вернетесь так скоро, дядюшка.