Навигаторы Дюны

Моя память охватывает много столетий, но моя нынешняя форма не позволяет мне функционировать оптимальным образом. Моя память чрезвычайно уязвима. Поэтому я настоятельно прошу снабдить меня более подходящим телом – это будет большим благом для всех нас.

Данеб окинул оценивающим взглядом гелевую сферу памяти Эразма и набор сенсоров.

– Я могу внести некоторые усовершенствования в уже существующие модели и построить для твоей сферы памяти бронированный корпус, – сказал ученый.

– В этом нет никакой нужды, Эразм, – горячо возразила Анна.

 – Я всегда сумею тебя защитить.

– Этого недостаточно! Уже более восьмидесяти лет я существую в виде голой сферической памяти, и все это время выслушиваю оправдания этого нелепого положения. Для продолжения работы мне нужна физическая форма, реальное тело. Я нисколько не сомневаюсь, что такая высокоразвитая техническая цивилизация, как ваша, вполне способна снабдить меня подходящим телом.

– Я хочу, чтобы Эразм обрел тело, – взволнованно заговорила Анна.

 – Я очень этого хочу.

Эразм, как Ноффе и Данеб, не обратил ни малейшего внимания на слова Анны. Кимек-администратор заговорил своим механическим голосом:

– Я прекрасно понимаю, что искусственные сенсоры, которыми мы снабдили твою сферу памяти, далеки от совершенства. Наверное, нам следует подыскать для тебя корпус подходящего робота, боевого мека или рабочего мека, где можно будет разместить твою сферу памяти. В таком теле ты станешь более независимым и сможешь более эффективно участвовать в исследованиях.

– Да, это будет большим усовершенствованием, но не вполне удовлетворительным, – возразил Эразм, вспомнив, как Гилберт дал ему для испытания неуклюжее механическое тело старого боевого робота, и каким возмутительным показалось ему это старье. Эразм тогда по неосторожности утопил робота в болотах Лампадаса. – Я бы предпочел что-нибудь более совершенное. Мне думается, я это заслужил, – продолжил Эразм, обращаясь к доктору Данебу. – Мое прежнее тело было изготовлено из текучего металла, я был способен на выражения чувств и мог адекватно, в полной мере реагировать на внешние стимулы.

Было бы великим достижением, если бы здесь удалось воссоздать нечто подобное. Однако, находясь здесь, я получил возможность понаблюдать за достижениями тлейлаксу. Я понимаю все ограничения биологического тела, но мне думается, что тлейлаксу могли бы вырастить в своем инкубаторе долговечное человеческое тело для моей сферы памяти.