Расеянство

Явившись в дом досуга, ударил толстой пачкой сотенных купюр по столу перед администраторшей и скомандовал:

–А-ну, подавай мне самую красивую, что тут у вас есть.

Администраторша уже знала, кого пригласить.

Настена явилась в красном кружевном белье – глаз не отвести. Мало того, что сама красавицей была редкой – родительские гены сделали свое, без преувеличения, замечательное, дело, так еще и обмундирование сегодняшнее не позволило пройти бы мимо даже трупу. Молодой, пышущий здоровьем организм Степана среагировал на столь же молодой и здоровый организм Насти, встретились сначала их взгляды, а уж потом и генофонды – да причем между первой и второй встречами ладно, если несколько секунд прошло.

Администраторшу чуть током не ударило от соприкосновения двух перезаряженных частиц.

А их било – дай дороги! Причем до самого вечера! Уж так молотило, костей не соберешь. «Уж сегодня-то Настена все денежки до копейки отработает, изъездит ее этот молодец», – злобно перешептывались девахи в курилке. А ей все ничего! Вечером вышла, воды попила – и опять за работу, в «ночное»! Стахановка! Многостаночница!

То-то и вышло, что воротился Степка в родное село к ночи.

Кузьмичу не спалось – стоял, повиснув на плетень у своей калитки.

–Где шлялся?

–О, здорово, дядь Юр, чего не спишь?

–Где шлялся, спрашиваю?

–Не поверишь! В городе был! В доме досуга ихнем!

–Ишь ты! Ну и как там? Как шлюхи?

–Зря ты так, дядь Юр! Очень даже справные девицы. Особенно одна – Настька-Машинистка, что раньше в городском суде служила! Огонь! Ммм!

–А слюни-то распустил! Неужели лучше наших?

–Ага!

–Врешь!

–Точно.

Женюсь, наверное.

–Чего?! Я тебе женюсь! – замахнулся на парня Кузьмич. – Вон вишь у Маньки свет горит?

–Ну.

–Весь день про тебя спрашивала.

–Ну и чего?

–Чего-чего, дурень! Ступай! Сравнишь! И подумаешь, на ком жениться-то надо!

Много ли парню надо?! Хохотнул, молочка парного испил – и снова в бой, нечего, понимаешь, Настькам всяким уступать! И Кузьмича-старика порадовал, и демографию родного села улучшил.

Вот только… как пишут в медицинских справочниках, «география болезни расширялась».

Не знал об этом только Моисей Самуилович. В тот вечер он, как обычно, провожал Катю домой, а по дороге они разговаривали.

–Послушай, – говорил он ей. – Ты такая образованная, рассудительная, начитанная…

–И?

–Никогда не возникало мыслей, чтобы уехать отсюда?

–Куда, например? – Она слушала его, улыбаясь, как слушают родители детей.