Охотники Дюны

Может ли быть у него мечта более величественная? Он станет одним из новых Мастеров!

Старейшина Бурах и современный кхель, совет, представляли расу вернувшихся тлейлаксу и их великую веру. Помимо Бураха было еще шесть старейшин – всего их было семь, но священное число – восемь. Он никогда не высказывал этого вслух, но чувствовал, что скоро они назначат еще одного старейшину, а может быть, даже выдвинут на этот высокий пост его, Уксталя, чтобы привести в соответствие число старейшин со священным числом.

Глядя на лицеделов, Бурах недовольно поджал губы.

– Я требую отчета о ваших действиях. Какие записи сумели вы найти и спасти на уничтоженных планетах тлейлаксу? Мы очень мало знаем об их технологиях и поэтому не можем достойно продолжить священный труд. Наши падшие братья знали гораздо больше того, что нам удалось открыть. Это неприемлемо.

Вожак лицеделов, одетый в форму Гильдии, безмятежно улыбнулся в ответ. Он повернул голову к своим товарищам, словно не слыша вопроса старейшины Бураха.

– Я получил следующий пакет приказов.

К безмерному удивлению Уксталя, остальные лицеделы отвернулись от Бураха и дружно уставились на своего предводителя. Старейшина нервно стукнул маленьким кулачком по столу.

– Исчезнувший корабль-невидимка? Зачем он нам нужен, этот корабль? Кто вы – да, вы? Я не могу отличить вас от других, даже по запаху.

Вожак лицеделов взглянул на Бураха, словно соображая, следует ли удостоить его ответом или нет.

– В данный момент меня зовут Хрон.

Сидевший у обитой медными плитами стены Уксталь переводил взгляд с невинных физиономий лицеделов на старейшину Бураха. Он не мог уловить природу подводных течений в беседе, но чувствовал странную угрозу. Некоторые вещи просто ускользали от его понимания.

– Ваша первоочередная задача, – упрямо продолжал Бурах, – заново открыть, как производить меланж, используя биологические чаны. Наших старых знаний, каковые мы увезли с собой в Рассеяние, хватает на то, чтобы изготовлять гхола, но мы не умеем делать специю, у нас нет технологии, разработанной нашими сводными братьями во времена Великого Голода, много лет спустя после того, как наш род тлейлаксу отбыл в Рассеяние.

Когда заблудшие тлейлаксу вернулись, братья приняли их весьма настороженно, они признали вернувшихся, но заблудшие оставались на правах граждан второго сорта, и Уксталь полагал, что это нечестно.