Непорочная пустота. Соскальзывая в небытие

Но что-то подстегнуло его, одолев первобытное стремление съежиться от страха, и заставило сорваться с места, хотя в глазах у него все еще искрили звезды. Одну руку, ему нужно вывести из строя всего лишь одну руку Аттилы. Они еще могут переломить ход схватки. Шон справится. Они оба видели, какие раны способно пережить человеческое тело, потому что жажда жизни сильнее всего. Им было ради чего жить.

Аттила заметил Таннера и не позволил ему ничего сделать. Он выдернул левый топор из груди Шона, подбросил в воздух так, что он перевернулся, ухватил под головкой и размахнулся; в стремительном движении читалось презрение: а вот и нет, старший братец.

Твердая деревянная рукоять ударила Таннера в челюсть, обух – за ухом. Таннер очутился на полу прежде, чем осознал, что ноги его подкосились, и не видел уже ничего, кроме алого тумана и неясных звезд, обитавших в пустоте.

А вот слух его продолжал работать, звуки пробивались сквозь охватившее голову пульсирующее онемение; раньше Таннер считал, что ему уже доводилось слышать жуткие вещи, но теперь он мог только лежать и слушать то, что было гораздо, гораздо хуже.

Четвертая фаза

Души чистейшие – те, что из тела исторгнуты силой.

    Халдейские оракулы Зороастра

Передать утомленную четырехлетку в гостеприимно распахнутые бабушкины объятия? Сделано.

Оповестить начальство о внезапном пищевом отравлении? Сделано.

Заскочить домой, пока Вал уехал на встречу с клиентом, чтобы переодеться и сменить кроссовки на «вентиляторы» от Merrell Moab, потому что подруга пригрозила мне прогулкой в горах? Сделано.

А потом мы отправились в путь – пара девчонок, которые просто хотят повеселиться. После того как разберемся со всем, что так сильно переебано у нас в головах.

Впереди маячили предгорья, позади – горы; мы покинули равнины Денвера и проехали Боулдер, потом свернули на извилистую второстепенную дорогу, постепенно поднимавшуюся к Эстес-парку. Осенью на нее часто выходили стада горных животных. Когда я предупредила Бьянку, что столкновение с похотливым лосем может испортить нам весь день, она ответила, что так далеко мы не заедем.

– А куда мы тогда направляемся? Или это будет секретом, пока мы не доберемся до места?

– Ты знаешь Часовню на камне?

Пристыженная, я вынуждена была ответить «нет». Я ведь, в конце концов, в этих местах всего-то всю жизнь прожила, верно?

– Ее просто так прозвали. Увидишь почему. На самом деле она названа в честь святой Екатерины Сиенской.