Дюна: Орден сестер

Будет ли он следовать указаниям батлерианцев и навсегда откажется от развитых технологий.

Он ожидал аплодисментов. А услышал недовольный гул со скамей представителей. Манфорд не мог понять, чего еще они ждут, почему противятся правде; эти богатые, сытые, привыкшие к удобствам люди не хотели отказываться от вещей, которые облегчали им жизнь.

В императорской ложе встревоженный Родерик что-то говорил брату, который тоже казался раздраженным. Сальвадор, собравшись с силами, провозгласил:

– Вопрос нуждается в длительном и серьезном обсуждении.

Каждый представитель имеет право высказаться, и каждый должен иметь возможность вернуться на свою планету и выяснить чаяния ее населения.

Манфорд сказал:

– Одним словом я могу призвать десятки тысяч своих приверженцев, которые заполнят улицы Зимии, и приказать уничтожить все образцы техники, вплоть до маленьких карманных часов. Советую не тянуть время. – Опасливый шумок прокатился по рядам представителей. Их оскорбили его требования, но они хорошо понимали, что он может осуществить свою угрозу.

 – Мы не можем допустить нового века мыслящих машин.

– Этот неандерталец меня не устрашит, – взревел Венпорт, – даже если призовет толпу своих невежественных олухов.

– Прошу вас! Это вздор. Неправильные доводы. Можно обсудить… – настаивал Птолемей с Зенита, все еще пытаясь говорить спокойным тоном. Его голос заглушили крики.

Родерик Коррино выскользнул из императорской ложи. Сам император, казалось, был в панике.

– Требую голосования, – повторил Манфорд.

 – Каждый представитель должен под протокол объявить, встает ли его планета на сторону свободы человечества или поддерживает постепенное порабощение.

– У нас есть протокол, – сказал один из делегатов, не назвавший себя. – Манфорд Торондо – выступающий гость. Он не имеет права предъявлять требования ландсрааду. Не может требовать голосования.

Пять человек, официальные представители планет, контролируемых батлерианским движением, встали и закричали (в точности как им было приказано), требуя официального голосования.

У Манфорда было много сторонников, и он все планировал заранее.

– Думаю, мы решили вопрос о протоколе. Если необходимо, я останусь здесь на весь день. Ну, император Сальвадор? Вы объявите голосование?

Лысеющему главе империи явно не понравилось, что его загоняют в угол. Он покраснел и озирался, словно ждал совета, но Родерика не было. Сестра Доротея что-то зашептала ему, но он отрицательно покачал головой.