Хроники Нетесаного трона. Клинки императора

Несмотря на бледность, он был почти похож на отца, которого она помнила. Если он кричал или сопротивлялся в свои последние мгновения, то сестрам удалось разгладить черты его лица: сейчас, после смерти, оно казалось таким же суровым и мужественным, как и при жизни.

Но вот глаза… его пылающие глаза были теперь закрыты.

«Я никогда не видела его спящим», – вдруг осознала Адер.

Нет, наверняка это случалось, может быть, когда она была маленькой девочкой, но если так, то воспоминания давно стерлись.

Какой бы образ отца она ни извлекала из памяти – везде у него был этот пылающий взгляд. Без него он казался каким-то слишком маленьким и тихим.

Она взяла его руку, и слезы заструились у нее по щекам. Когда неделю назад зачитывали завещание, она надеялась услышать слова, предназначенные ей – может быть, прощальный знак любви или утешения. С другой стороны, Санлитуну никогда не была свойственна несдержанность. Ей он завещал только «Историю Атмани» Йентена – «для лучшего понимания истории нашего государства».

Хорошая книга, тем не менее – всего лишь книга. Настоящим его даром было назначение Адер главой министерства финансов, его вера в то, что она подходит для этой работы.

– Благодарю тебя, отец, – прошептала она. – Ты будешь гордиться мной. Если Валин и Каден приняли свою судьбу, смогу и я.

Затем, чувствуя, как в груди поднимается гнев, она вытащила кинжал из ножен, лежавших рядом с его телом:

– И когда настанет время казни Уиниана, я и вправду сама возьмусь за нож!

8

– Думаю, Тан хочет меня убить, – пожаловался Каден.

Опустив связку черепицы, которую только что втащил на крышу спального корпуса, он выпрямился и вытер пот со лба. Внизу, на земле, Фирум Прумм пыхтел, подтаскивая к месту следующую связку и прилаживая ее к веревке. Спина и руки Кадена стонали от длительного труда, но в сравнении с тяготами обучения у Рампури Тана перекрывание крыши, поврежденной зимними льдами, казалось праздником.

Здесь он, по крайней мере, имел возможность время от времени распрямиться и размять задеревеневшие мышцы без риска нарваться на порку.

– Кончай причитать! – фыркнул Акйил, присаживаясь на корточки, чтобы поудобнее ухватиться за связку, и с кряхтением взваливая ее себе на плечо.

Каден понятия не имел, как его другу удается работать, когда у него перед глазами постоянно болтается копна черных кудрей.