Хроники Нетесаного трона. Клинки императора

Как и сказал Блерим Панно, монахи хин не обращали внимания на различия в статусе и воспитании, так что через какое-то время мальчики забыли, что родители Акйила, которых он никогда не знал, были повешены согласно законам, установленным Каденовым отцом. И что когда-нибудь, если юноши вернутся к своим прежним занятиям, самого Акйила могут казнить по приказу, на котором Каден поставит свою печать.

– Как бы там ни было, – продолжал Акйил, разминая шею и потирая натруженную руку, – твои слезливые истории не стоят и кучки поросячьего дерьма.

Я что-то не вижу, чтобы Тан сейчас тебя доставал.

– Преимущества общинной работы, – объяснил Каден, передавая другу следующую связку черепицы. – Пока я в монастырских трудах, Тан позволяет мне забыть об обучении.

– В таком случае, пожалуй, стоит растянуть эту работу.

С этими словами Акйил сунул связку черепицы Патеру и с довольным вздохом уселся на крышу. Каден посмотрел вниз, во двор монастыря. Клонящееся к закату солнце озаряло каменные строения и чахлые деревца.

Было тепло, несмотря на то что в темных углах еще прятались островки грязного снега. По гравийным дорожкам, склонив головы и погрузившись в размышления, прогуливались несколько монахов, а в тени медитационного корпуса щипали редкую весеннюю травку две отбившиеся от стада козы, но Шьял Нина, отрядившего их на починку крыши, нигде не было видно.

– Последняя ушла! – крикнул снизу Фирум. – Хотите, я залезу к вам?

– Не нужно, – ответил Акйил. – Мы почти закончили!

– Правда? – скептически переспросил Каден, поглядывая на нетронутые связки.

Он снова взглянул во двор. Для отлынивающих от работы у хин имелись суровые наказания, хотя Акйил, похоже, так и не выучил этот урок, да и Патер понемногу перенимал дурные привычки старшего товарища.

– Кончай ты все время оглядываться, – укоризненно заметил Акйил, растягиваясь на черепице. – Никто не будет нас здесь выслеживать.

– Ты в этом так уверен, что рискнешь получить порку?

– Конечно уверен! – лениво отозвался тот, кладя голову на сплетенные пальцы и закрывая глаза.

 – Вот чему я в первую очередь научился в квартале: люди никогда не смотрят вверх.

Патер ссыпался к ним с верхушки крыши, позабыв про неуложенную связку черепицы.

– Это воровская мудрость такая? – жадно спросил он. – Правда, Акйил?

– Патер, сколько раз тебе говорить: нет никакой воровской мудрости! – простонал Каден. – Это просто название, которое Акйил придумал для изобретенных им правил, – кстати, они обычно не работают.