Хроники Нетесаного трона. Огненная кровь

Ни огромное небо, ни море вокруг его не заинтересовали, а вот когда он обернулся к Кадену с Тристе, в глазах что-то мелькнуло – словно большая рыба прошла под толстым озерным льдом. Зрачки расширились на волосок, и он, по короткой дуге занеся копье-накцаль, упер наконечник в пульсирующую на горле Тристе жилку.

– Ты что? – вскинулся ошеломленный Каден.

– Оставь ее, – тихо приказал Тан. – Отодвинься.

– Что случилось?

– Отодвинься.

– Хорошо.

Каден расцепил их переплетенные руки и ноги. Он потянулся было к копью – отвести или остановить удар, но удержал себя.

Тристе могло убить легчайшее движение.

– Хорошо, – повторил он, вставая и поднимая руки.

Хоть он и стал императором, но даже перипетии последней недели не избавили его от привычки повиноваться наставнику. К тому же в голосе монаха прозвучало что-то новое, резкое и опасное. За месяцы мучительного ученичества Каден что ни день слышал в нем равнодушие и пренебрежение, но такой смертоносной сосредоточенности – ни разу, даже когда Тан готовился к схватке с ак-ханатами.

Всматриваясь в лицо монаха, он не мог понять, сохранил ли тот ваниате. Ледяной взгляд Тана пришпилил Тристе к земле, заставил стянуть на груди эдолийскую форму. Блестящий наконечник накцаля упирался ей в горло.

– Что ты такое? – чеканя каждый слог, спросил Тан.

Она перевела взгляд с Кадена на море вокруг и покачала головой:

– Не понимаю, о чем ты спрашиваешь…

Тан чуть шевельнул запястьем, и острие сдвинулось на палец – гладкая сталь скользнула по гладкой коже.

Тут же по его следу выступила кровь – три горячие капли под горячим солнцем.

– Перестань! – сказал Каден, шагнув к ним и пытаясь понять, что происходит.

Только что они думали лишь о бегстве из ловушки, в которую превратился старинный приют, забыв обо всем, кроме кента и ваниате, и теперь у Кадена первый вопрос был – как там брат, как идет бой, жив ли еще Валин? А Тан набрасывается на Тристе. Отчего вдруг? Тристе на их стороне. Она помогала выбраться из монастыря, она вместе с ним бежала от эдолийцев по головокружительным тропам Костистых гор, она, когда понадобилось, превосходно сыграла роль приманки, отвлекая внимание врага, – ее стараниями они справились с Утом и Адивом.

Без нее бы они это не осилили – свидетельством тому рана на щеке, нанесенная Пирр. Каден потянулся к девушке.

– Не смей, – приказал Тан.

– Я не позволю ее убить, – объявил Каден.

Сердце заходилось у него в груди.